"Дворянские легенды"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "Дворянские легенды" » ПЕРЕКРЁСТКИ ВРЕМЕНИ » Жизнь княжны Полины Елецкой


Жизнь княжны Полины Елецкой

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

.

0

2

Первый раз в Институт
Весь день, с самого утра, лил дождь, ветер дул весьма прохладный, не верилось даже, что лишь последние числа августа на дворе. Медленно катилась по дороге в Петербург карета князя Елецкого, где расположился сам князь, его супруга Елена Фёдоровна, а также две дочери – девятилетняя Полина и одиннадцатилетняя Маша. Обеих девочек требовалось доставить в Институт Благородных девиц, где Маша обучалась уже третий год, а Полина только – только была зачислена воспитанницей. Прижавшись поплотнее к сестре, Поля с любопытством осматривала сквозь занавеску на оконце мелькающий пейзаж – всё – таки это первое её путешествие за пределы поместья. Маменька тихонечко вздохнула, похоже, не веря до конца, что и Поля теперь покидает отчий дом и будет учиться вместе с такими же дочерьми дворянскими. Отец лишь посмеивался в пышные усы и думал о чём – то своём, неведомом. А Маша негромко рассказывала сестре о том, каковы порядке в Институте, какие там учителя, каким наукам обучают. Поля сестру случала, с трудом сдерживая капельки слёз на глазах – это бойкой Маше в Институте хорошо, а ей – то, девочке скромной, тихой, каково с чужими совсем людьми будет? Неужто родители не могли её обучать дома, наняв учителей, чтобы не расставаться с нею?
Будто почувствовав, что дочь грустит, Полину крепко обняла мама, тихонько шепнувшая:
- Не грусти, Поленька, ты же девочка умная, понимаешь, что так нужно для тебя самой! В Институте тебе хорошее образование дадут, научат наукам разным, а образованные барышни в чести и почёте всегда! А так ты и без приданного, и без образования останется, легко ли будет жениха тебе сыскать хорошего?
Да, умом Поля понимала, что мама права, что без образования ей ничего не добиться в жизни и никогда не устроить свою судьбу, но расставаться с родителями на целый год совсем не хотелось. Да, Маша будет рядом, но она же учится двумя годами старше, сможет ли она поддержать, помочь Поле, когда потребуется?  А подружится ли с другими девочками она, сможет ли поладить с ними?
Наконец карета остановилась у ограды красивого особняка. Кучер опустил лестницу экипажа, папенька выбрался наружу и помог сойти сначала маменьке, потом поочерёдно Маше и Полине. У Маши уже блестели от радости и счастья встречи с подружками глаза, так что Полина поневоле позавидовала сестре – ей пока этот особняк казался совсем чужим и незнакомым. Кучер подхватил вещи барышень, и семейство князя Елецкого двинулось к калитке в ограде. На стук отворил вход степенный старичок, вежливо поклонившийся Елецким, перехвативший сундуки девочек и пригласивший их:
- Пожалуйте к Юлии Андреевне в кабинет, а я пока вещи отнесу барышень!
Несмело Полина двинулась за родителями и Машей. Войдя в здание, они поднялись по широкой лестнице на второй этаж и отец негромко постучал в дверь, за которой, верно, находилась начальница института. После приглашения войти всё семейство переступило порог комнаты, оказавшейся просторным, уютным кабинетом. Навстречу им поднялась приятная лицом средних лет дама, перед которой Маша сразу присела в реверансе. Понимая, что это и есть директриса Института, Полина последовала примеру сестры и вежливо поздоровалась с дамой. Начальница института мягким, приятным голосом проговорила:
- Рада видеть Вас вернувшейся в Институт, мадемуазель Елецкая! Сергей Дмитриевич, Елена Владимировна, моё почтение Вам! А эта прелестная барышня, верно, Ваша младшая дочь и моя новая ученица?

Сергей Дмитриевич кивнул головой:
- День добрый, Юлия Алексеевна, Вы правы, это младшая моя дочь, Полина, которую впервые я сюда привёз!

Директриса улыбнулась мягко Полине со словами:
- Ну, что же, добро пожаловать в наш пансион, мадемуазель, надеюсь, Вам понравится здесь. Сестра Ваша одна из лучших учениц наших, смею надеяться, что фамилию свою и Вы не посрамите! Сейчас Вас проводят в дортуар, Вы познакомитесь со своими одноклассницами, получите в библиотеке все нужные книги.

Понимая, что настала пора прощаться, Полина крепко обняла матушку, отца и пообещала писать им почаще. От доброго лица директрисы исчез её страх перед Институтом, появилась уверенность, что здесь она будет неплохо жить. Вошла приятная юная девушка, которой директриса велела проводить Полину в дортуар, показать, где находится что в Институте. Маша уже спешила впереди, торопясь на встречу с подружками. Полина напоследок присела в реверансе и следом за девушкой двинулась в новую, пока незнакомую для неё, но не такую уж страшную и плохую жизнь

Отредактировано Полина Елецкая (13-08-2014 13:53:40)

+1

3

Учебные дни

Зимнее утро уже наступила, а за окошком дортуара лишь совсем немного посветлело – вот оно, коварство ночей зимних, рано они приходят и долго отступать не хотят. Сладко спали все девочки в дортуаре третьего класса, слышалось лишь их ровное, мерное дыхание. Полина, проснувшаяся отчего – то, тоже собралась повернуться на другой бок и продолжить сон. Но часы большие на стене пробили 7: 30, и тут же в двери показалась фигура мадам Штольц, классной дамы их класса, и тишину дортуара нарушил громкий звонок колокольчика. Полина быстро поднялась с кровати, остальные девушки тоже, пусть и с неохотой, но покидали свои ночные гнёздышки. Лишь Оленька Языкова, самая близкая Полина подружка, не услышала, верно, звонка и продолжала мирно посапывать. Пока мадам Штольц на эдакое безобразие не обратила внимание, Полина тихо потрясла подругу за плечо и окликнула по имени. Помогло – Оля открыла глаза и резво вскочила, чтобы не нарваться на выговор от мадам Штольц! Убедившись, что все девочки поднялись, мадам Штольц с сильнейшим акцентом промолвила:
- На сборе Вам 10 минут,  мадамс, не вздумайте опаздывать!
После этого предупреждения мадам Штольд покинула дортуар, а девочки весёлой стайкой поспешили в умывальную. Быстро почистив зубы, Полина ополоснула лицо холодной водой и расчесала пышные каштановые локоны. Оля, как всегда, слегка замешкалась – эта пухлая, немного нескладная девушка вообще всё в жизни выполняла очень медленно, хотя в классе её любили за беззлобный и миролюбивый нрав, а если и посмеивались, то только втихую. Да и сама Оля всех вокруг готова была любить, никогда ни с кем не ссорилась, хотя по успеваемости среди одноклассниц всегда стояла первой с конца – ну, не давались ей французские глаголы, рисование, музицирование, с трудом она запоминала стихи, а правила грамматики и исторические даты, едва вызубрив, тут же забывала. Учителя лишь вздыхали, глядя на неё, пытались стыдить порою, но потом и это занятие бросили, с натяжкой выставляя удовлетворительные отметки. Выгнать Олю из Института никто не решился бы – бабушка её, графиня Кутайсова, была любимой племянницей самого всесильного некогда Потёмкина, баснословно богатой дамой, делающий в Институт из года в год немалые пожертвования.
Подождав, пока умоется и Оля, Полина вместе с ней поспешила в дортуар одеваться. Облачившись в форменное платье, повязав светлый фартучек, Полина быстро заплела волосы в косу, закрепила её бантом, заправила постель и тут же услышала жалобный голос подруги:
- Полиночка, помоги мне платье застегнуть, я не дотянусь никак!
Ловко справившись с Олиными крючками на платье, Полина быстро помогла ей и заплести волосы, после чего обе девочки поспешили догонять уже строящихся парами одноклассниц. Мадам Штольц придирчиво оглядела каждую из девушек, явно желая найти во внешнем виде хотя бы одной из них изъян и наказать примерно неряху. Но все девочки были аккуратно одеты, причёсаны, так что классная дама, строго поджав губы, велела:
- За мной, мадамс, не отставать!
Дружным строем девочки двинулись вместе со своей классной дамой вниз, в столовую. Идя за руку с Олей по лестнице, Полина поневоле вспомнила, как впервые попала в Институт, как робко, немного испуганно поднималась в первый день в дортуар, как волновалась, поладит ли с одноклассницами. И вот уже третий год учится она в Институте, девочки из класса в той или иной степени её подруги – ближе всех, конечно, Оля, но и с остальными соседками она прекрасно ладит, учиться ей нравится, учителя хвалят её. Завтрак свой Полина скушала с великим аппетитом, выпила чай и поторопила Олю:
- Олюшка, давай поскорее, мне на урок опоздать вовсе не хочется!
И правда – первое занятие сегодня литература, которую преподаёт Константин Фёдорович Наумов, страстно любящий свой предмет и преподающий его увлечённо. Более того, сегодня обещал он рассказать о романтических балладах господина Жуковского,  придворного поэта, воспитателя юного наследника престола. Оля, вняв зову подруги, быстренько доела свой завтрак, и девушки поспешили на урок, до начала которого оставалось 5 минут.   
Девочки едва успели рассесться за партами, как вошёл средних лет господин с бородкой – учитель словесности, Константин Фёдорович, страстный любитель литературы, сам не чуждый сочинению стихов. На уроках у него традиционно стояла тишина – даже самые непоседливые девочки его предметом просто не могли не увлечься и не внимать ему со всем вниманием. Поздоровавшись с ученицами, Константин Федорович начал свой обещанный рассказ о творчество господина Жуковского и Полина вся погрузилась в слух. За окошком сыпал снег, раздавалось шварканье метлы дворника, где – то за стеной слышались звуки рояля -  в музыкальном классе тоже у кого – то был урок. Но для Поли все эти звуки уже не существовали, лишь голос учителя и его рассказ полностью завладели её вниманием.

Отредактировано Полина Елецкая (27-08-2014 15:57:31)

+1

4

Первая любовь
Очередной урок словесности сегодня, согласно расписанию, должен был быть заменён уроком географии. Такая практика в последний месяц стала абсолютной нормой, и никого из учениц пятого класса не удивила.  Месяц назад обнаружился у часто хворающего  учителя словесности Константина Фёдоровича туберкулёз, с которым дальше преподавать в Институте он, разумеется, не мог. Проводить – то Константина Фёдоровича и ученицы, и коллеги с почестями с должности проводили, но легко ли найти ему среди учебного  года достойную замену? Нет, нанять кого не попадя при желании можно было бы, но нужно же, чтобы новый преподаватель детей любил, свой предмет отлично знал, был человеком порядочным и благонадёжным во всех отношениях. А таковых пока среди желающих занять должность учителя словесности, видимо, не встречалось, поэтому и ставили вместо них  иные уроки, либо просто просили девушек не шуметь, а тихо заниматься в классе своими делами под надзором мадам Штольц – делать уроки, письма домой писать, читать книжки из библиотеки.
Прозвенел колокольчик,  означающий начало урока. Рассевшиеся уже по местам ученицы ждали, когда войдёт в класс сухонькая, пожилая учительница  географии и, как всегда несколько занудно,   начнёт занятие. Действительно, скрипнула дверь¸ и Полина вместе с остальными одноклассницами встала, чтобы поприветствовать учительницу таким образом. Но порог класса переступила не преподавательница географии, а сама директриса Института, Юлия Фёдоровна Альденберг, вместе с идущим чуть позади незнакомым молодым мужчиной. Оглядев находящихся в классе девушек, Юлия Фёдоровна промолвила:
- Доброе утро, барышни! Позвольте представить Вам  нового учителя словесности, Даниила Петровича Шаховского. Прошу любить и жаловать, и относиться к его предмету столь же серьёзно, как и когда преподавал его Константин Фёдорович.
Между девушками пошёл гулять тихий шепоток – хорош, ох, хорош собой новый учитель! Полина же, стараясь делать вид, что изучает свою тетрадку, исподтишка рассматривала его лицо. Никогда ещё не встречался ей такой необычайно красивый и статный мужчина за 15 лет жизни. Хотя, много ли мужчин встретишь, учась в Институте Благородных девиц? Старшие братья подруг, да молодые преподаватели – вот и весь расклад невеликий. Но новый преподаватель казался Полине просто божественно, невероятно красивым – высокий, темноволосый, карие глаза смотрят с лёгкой хитринкой, одет просто, но чисто, улыбка искренняя и светлая.  Сердце девушки трепетало, подобно птичке в клетке, а в голове билась мысль «Неужели вот Он – мой принц на белом коне, тот, кого суждено полюбить мне и кто полюбит меня»
Юлия Фёдоровна ушла по своим делам, а новый учитель решительно подошёл к преподавательскому столу. Низким, приятным голосом он проговорил:
- Ну что же, здравствуйте, барышни, будьте любезны, присаживайтесь! Надеюсь, мы с Вами подружимся и будем плодотворно вместе изучать нашу великую русскую словесность.
Девушки расселись по стульям, одна Полина, замечтавшись, осталась сидеть. Оля Языкова дёрнула её за рукав:
- Да садись же ты, Полина!
Сообразив, что одноклассницы давно уже сидят, Полина с пылающим от смущения лицом опустилась на свой стул. От Оли её румянец не укрылся, и она тихо шепнула подруге:
- Что случилось, Полечка, ты не заболела ли?
Постаравшись казаться как можно более спокойной( а какое спокойствие, когда вот она, первая любовь  и к ней, кажется, подкралась!) Полина тихо ответила:
- Всё в порядке, Оля, потом поговорим, не на уроке!
Учитель меж тем решил, видимо, начать знакомство с классом и потянулся за журналом, который рассчитывал найти на столе. Но увы, ничего похожего там не обнаружилось, и учитель снова обратился к классу:
- Какая досада, я думал, журнал принесли уже, а его нет! Барышни, не сочтите за труд, сходите кто – нибудь в учительскую и возьмите журнал своего класса!
Желая хоть чем – то услужить объекту мечтаний, Полина поднялась с места и промолвила:
- Я схожу, если Вы позволите.
Учитель милостиво кивнул головой, и Полина быстро вышла из класса. Журнал в учительской нашёлся очень быстро, так что через пару минут девушка уже протягивала его учителю, который любезно улыбнулся княжне:
- Благодарю, мадемуазель, Вы можете присесть. А теперь давайте познакомимся с Вами всеми и начнём наконец наш урок!
  Всё ещё чувствуя дрожь от ощущения прикосновения к руке преподавателя, Полина села на  место. Всё теперь потеряло для неё значение – и окружающий мир, и то, что  объяснял учитель, девушка лишь любовалась его классически правильным лицом, да мечтательно улыбалась своим тайным думам.

Отредактировано Полина Елецкая (07-09-2014 23:22:09)

+1

5

"Преступление"
Урок российской истории у учениц пятого класса Института подходил к концу.  Учительница, Анна Фёдоровна Пилявская, закончила объяснять девушкам новую тему, посвящённую реформам, произведённым в государстве Петром Великим. Пожилая дама, словно желая понять, слушали ли её ученицы, обвела взглядом класс, да так и застыла в изумлении. Конечно, такой первозданной тишины, какая царила на уроках у Павла Петровича Остомихина, преподающего математику, ей никогда в классе добиться не удавалось. Но сегодня меж барышнями царило нечто невообразимое  – одни тихо шептались, склонившись головками друг другу, другие перебрасывались записочками, одним словом, чем угодно, только не уроком заняты были.   Лишь одна Полина Елецкая, милая, немногословная, но очень способная девочка сидела на первой парте со своей подругой, Ольгой Языковой, и внимательно смотрела на учительницу, несомненно, ожидая, когда Анна Фёдоровна продолжит урок.
Анне Фёдоровне ничего не оставалось, как лишь тихо в огорчении вздохнуть – тема урока интересна и важна, но кроме княжны Елецкой да её подруги, верно, никто из учениц и краем уха не слушал её. Весна за окошком, что ли, так пагубно на умы девочек влияет, последние остатки дисциплины и внимания из класса выветривая? Воистину, бесполезно от учениц собранности и внимания ждать, когда апрель бушует за окном, когда деревья с первой нежной листвою опускаются ветками прямо в окна класса, когда так и пахнет в воздухе весной и беззаботностью. Конечно, можно пожаловаться Юлии Фёдоровне на то, что пятый класс не слушает её, но толк будет ли от этого? Конечно, девочек за невнимание на уроки накажут, но как – то такая строгость обернётся потом для неё самой? 
Грянул звук колокола, означающий окончание урока. Анна Фёдоровна мелом написала на классной доске задание к следующему занятию и махнула рукой, отпуская учениц на перемену. Девочки, оживлённо и весело переговариваясь, собрали вещи и дружной стайкой выпорхнули к коридор.   Одной из последних покинула класс Полина, которая даже и звонок с урока услышала не сразу – слишком увлеклась сочинением стихотворения, посвящённого Даниилу Петровичу. Кабы не толкнувшая её в бок Оля, так бы и не спохватилась она, что пора в другой класс переходить.
В коридоре Полину уже ждала Ольга, и вместе девушки отправились на третий этаж, к классу словесности, на урок как раз – таки к Даниилу Петровичу. В коридорах было весело и шумно – слышались звонкие голоса, смех, младшие ученицы оживлённо обсуждали что – то друг с другом, пользуясь тем, что в коридоре за слишком громкие разговоры вряд ли накажут. Более старшие девочки степенно шли по своим делам, делая вид, что уже совсем взрослые, благовоспитанные барышни они. Экономка,  Лидия Степановна, несла откуда – то стопку только что выстиранного белья, явно спеша доставить его скорее в свою обитель.
Полина вместе с Орлей поднималась уже по последнему лестничному пролёту, когда голову её молнией пронзила внезапная догадка – да она же тетрадь свою по истории, где  сзади стихи сочиняла, оставила на порте в классе у Анны Фёдоровны, да ещё и как раз –таки открытой на странице со своими поэтическими опытами!  Схватив Олю за рукав платья, девушка велела ей:
- Ты иди, Оля, я тетрадь в классе истории оставила, вернусь за ней и тотчас на урок прибегу!
Пожав плечами, Оля кивнула головой и продолжила путь наверх. А Полина на всякий случай огляделась, не видно ли вблизи учителей или классных дам, и   сломя голову побежала вниз, на второй этаж.  Встреться сейчас ей мадам Штольц или кто – то из учителей, уж конечно, не миновать бы ей за беготню по коридору и лестнице хорошего нагоняя. Но  счастье сегодня, видимо, способствовало девушке – никто из дам или наставников на пути не попался ей, так что путь до класса истории Поля проделала без лишних приключений.
Запыхавшаяся девушка осторожно постучалась в класс и просунула личико в дверь. Анна Фёдоровна в класса была уже не одна, девочки, у которых сейчас должен был быть её урок, рассаживались за парты и оживлённо переговаривались. За той партой, где Поля всегда сидела, уже устроились две девочки лет тринадцати, что – то тихо обсуждающие друг с другом. С самым решительным видом Полина направилась к ним и проговорила:
- Не находили ли вы здесь тетрадку оставленную по истории? Я на этой парте после урока забыла её.
Девочки переглянулись и отрицательно помотали головами, явно сообщая, что никаких тетрадок на порте они не видели. Никаких причин подозревать их в неискренности у Поли не было, поэтому она направилась к столу учительницы и вежливо, негромко проговорила:
-Анна Фёдоровна, я у вас в классе тетрадь свою оставила,  вам не передавали ли её?
Анна Фёдоровна подняла голову от книги, которую читала, и сразу ответила:
-  Нет, никаких тетрадок мне не передавали сегодня. Но вы поищите в классе её, вдруг она под парту упала ненароком?
Собираясь уже последовать совету учительницы, Поля примерялась, как бы половчее посмотреть, не валяется ли тетрадь и правда на полу. Мало ли, она и сама рукавом уронить с парты её могла, и девочки, сейчас на её месте сидящие, вполне могли опрокинуть тетрадь ненароком.   Но тут Анна Фёдоровна уверенным голосом произнесла:
- Постойте, я вспомнила сейчас – вашу тетрадку, кажется, мадмуазель Чернявская забрала, она после вас из класса уходила, и что – то с вашей парты брала.
Полина явственно ощутила, как холодеют у неё от страха и предвкушения неприятностей руки – ноги – вот только не доставало, чтобы вредная и противная Лиза Чернявская увидела стихи её, записанные в тетради! Несомненно уж, коль увидит, всему классу раззвонит, что Полина стихи пишет, всем и каждому процитировать их поспешит. А то и вовсе, даже Даниила Петровича, коему посвящены они, решит с этими стихами ознакомить, да расскажет, что их сочинил. Вредности и стремления всем и всякому нагадить посильнее в Лизе для этого достанет, уж несомненно. А стихи – то ведь смелы, ох, смелы, Поля же там фантазии девичьей полную волю дала!  Позора не оберёшься, если кто прознает про них, да прочтёт, или, хуже того, до учителей дойдёт это!
Пробормотав Анне Фёдоровне слова прощания, Полина покинула класс и в столь же резвом темпе, в каком явилась сюда, поспешила наверх. До конца перемены ещё 5 минут, можно попробовать уговорить Лизу отдать ей тетрадку, или же даже силой попробовать искомую вещь отобрать. Тут уж не до правил этикета,   если в руках Лизы такое оружие останется, беды крупной не миновать.  В три минуты добравшись до четвертого этажа, Поля забежала в класс словесности.  Как и предполагала она, все одноклассницы сидели уже по своим местам, в том числе, и искомая Лиза Чернявская. С самым решительным видом направилась к последней и вежливо, тихо попросила:
- Лиза, я знаю, у тебя тетрадка по истории моя, верни её, пожалуйста. 
Как говорится, лучше попытаться с врагом договориться миром. Но Лиза лишь смерила её злым, торжествующим взглядом, и прошипела, не хуже змеи:
- А вот и не верну! Пусть все в нашем классе знают, что тихоня – Елецкая влюбилась в учителя русского языка!  И ему полезно твои стихи почитать будет, познакомиться получше с ученицей своей!
При этих слов самообладание Поля полностью утратила -  что Чернявская редкостная вредина она знала, конечно, но всё – таки надеясь, что на такую подлость, как опозорить кого – то, та не пойдёт. А главное ведь, коли дойдёт до Юлии Фёдоровны содержание стихов и имя автора их, не только ей не поздоровится, но и Даниилу Петровичу крупные неприятности грозить могут, что голову заморочил ученице, да и в одном из стихов она пишет, что взаимно её чувство!  Господи, да Юлия Фёдоровна же подумать может, что у них отношения некие сложились уже, и Даниилу Петровичу  от места тогда сразу откажет!  Собрав остатки спокойствия в кулак, Поля ещё раз попробовала уговорить Лизу:
- Верни, по – хорошему прошу.
Чернявская лишь усмехнулась злорадно, да тетрадкой её в руке помахала, мол, попробуй, отбери, коли хочешь. Именно последний факт  вывел из себе Полину окончательно – забыв и о том, что в Институте права строги, и что урок сейчас начнётся, она с самым боевым настроем одной рукой вцепилась в волосы Лизы,  а второй попыталась ухватить заветную тетрадь.  Поначалу Чернявская растерялась, видимо, опешила – не ожидала, что Поля прямо драться полезет сейчас. Но очень быстро Лиза сориентировалась, отвела руку с тетрадью подальше в сторону, а второй рукой ответно вцепилась в Полины волосы. Только вот Полю сие не смутило ничуть, и она громко, выразительно произнесла:
- Подло и гадко чужие вещи воровать и чужие тетради без спроса читать! Я всегда знала, что ты подлая и злая, но такого не ждала от тебя!
С силой дёрнув Полину косу, Чернявская гаденько усмехнулась:
- А ты просто дурочка и выскочка, вот и всё! Заискиваешь перед учителями, выделываешься перед ними, за каждую отметку хлопочешь!
Этого Поля стерпеть уж никак не могла, и в ответ дёрнула Лизу посильнее за мышиный хвостик, уже придумывая в уме ответ подостойнее. Но сзади неожиданно раздался возмущённый, негодующий голос:
- Это ещё что такое, барышни? Как Вы ведёте себя, немедленно прекратите!  Постыдились бы, взрослые, воспитанные девицы, а ведёте себя, как невоспитанные безродные особы! Сей же час ступайте обе в кабинет Юлии Фёдоровны со мной!
От неожиданности Лизу Полина тут же отпустила, да и Чернявская разжала свою руку, тянущуюся к волосам соперницы.  Уж чего – чего, а встречи с мадам Боже, учительницей французского языка, не ожидали никак они обе. Видимо, оная мадам должна была заменять Даниила Петровича, на несчастье обеих девушек.  Уж добрый – то и славный Даниил Петрович просто девушек пожурил бы, да и всё, а вот от мадам Боже пощады ждать точно не приходилось. Покорно склонив головы, Поля и Лиза отправилась следом за негодующей мадам в кабинет Юлии Фёдоровны для хорошей выволочки. И нагоняй им, верно, готовился знатный – шутка ли, подрались друг с другом в стенах Института!

Отредактировано Полина Елецкая (21-11-2014 21:22:30)

0


Вы здесь » "Дворянские легенды" » ПЕРЕКРЁСТКИ ВРЕМЕНИ » Жизнь княжны Полины Елецкой


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC