"Дворянские легенды"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "Дворянские легенды" » ДЕЛА ДАВНО МИНУВШИХ ДНЕЙ » The truth at the end of time.Losing faith makes a crime


The truth at the end of time.Losing faith makes a crime

Сообщений 1 страница 50 из 75

1

Время года: Зима
Дата:  с 03.01 на 04.01.1840
Время действия: поздний вечер-ночь
Место действия: Поместье Корфов
Участники: Император Николай,Владимир Корф,Дарья Корф
Краткое описание  действия (не менее трёх строк):

0

2

Наступает такой момент, когда надоедает все: и блеск дорогих украшений, и почтительные поклоны, и льстивые интонации, и доступность фрейлинских прелестей;  и полные злобы взгляды в спину уже не вызывают желания немедленно всех поставить на место; и ворох документов вместо легкого раздражения пробуждает глухую ярость;  а супруга вместо милой и изысканной женщины начинает казаться слащавой кривлякой. А ведь никому не интересно, что ты внутри там себе ощущаешь,  ты нужен всем,  ты - Император. Они все ждут – кто-то благоволения, кто-то похвалы, кто-то всяческих материальных выгод, кто-то – внимания, кто-то одобрения… Толпа, выпивающая по капле твою жизнь… Возвеличивающая и одновременно желающая втоптать в небытие… он знал, знал, чем порой оборачиваются для правителей обожание и поклонение.
И в такие моменты его спасение, его отдушина, единственное, что примиряло его с этой нелепой и никому не нужной круговертью, была его Даша. Милое существо, рядом с которым даже время текло совсем по-другому. Ей не нужно было от него ничего из того, что было нужно всем другим. Даже если она притворялась – она делала это гениально. Он отдыхал рядом с ней душой и телом, и каждый раз благодарил свою счастливую звезду, что послала ему островок рая на земле.
Собираясь к Даше, он попробовал сосчитать, сколько же ее не видел, но цифра выходила такая несуразная, что Николай удивленно вздернул брови – да быть того не может! Ведь вроде бы недавно виделись.
Темный, неприметный всадник стрелой летел через ночной лес. Приятно было представить себя этаким отчаянным смельчаком, что спешит на свидание  к возлюбленной… если бы не эскорт, оставленный в придорожном трактире. Что поделать, жизнь императора ему самому не принадлежит…
Глухой стук копыт сменился глухими ударами сердца – когда он подъехал к дому. Точнее, к тому месту, где раньше был дом. Теперь тут оплывали в лунном свете какие-то нелепые развалины.
Нет!
Что случилось?  Был пожар? Куда подевались Даша и Сашенька?
Он даже думать не хотел о возможном несчастье. Никто не смеет умирать без его ведома. Тем более Даша.
Николай медленно ехал вдоль пепелища. Под копытами коня что-то зловеще похрустывало. На звук вышел какой-то человек, вгляделся в Николая и неуверенно спросил:
- Вам чего?
- Что это тут у вас случилось? – вместо ответа властно спросил Николай. Незнакомец как-то интуитивно понял, что нужно не ерепениться, а отвечать толком, и охотно пояснил:
- Так пожар! Видите, начисто все погорело!
- А барыня? – голос Николая чуть было не сорвался, когда он задал этот вопрос.
- А барыня вместе с дочуркой живет сейчас в соседнем имении, вон там, за холмом.
Узнав все, что ему было нужно, Николай облегченно перевел дух, пришпорил коня и поскакал в указанном направлении.
Ох уж эти сельские провинциальные нравы… В прихожей ему отворили по-простому, едва в пояс не поклонились, не спросили, ни кто он, ни откуда – а сразу побежали докладывать хозяйке. Николай скривился и отправился на поиски Даши самостоятельно. Поместье небольшое, он вскоре ее найдет…

+2

3

Дни летели слишком быстро.Если до Нового года они тянулись и тянулись,подобно сладкой тянучке,едва стрелки часов перевалили за полночь и обозначили 1840 год,как время понеслось  с невероятной скоростью.Вот только был завтрак,а вот уже солнце клонится к закату.Хотелось схватиться за стрелки часов и закричать "стой!подожди!я же не успеваю!". Не успеваю жить,не успеваю видеть,не успеваю наслаждаться каждой минутой,ибо они проходят слишком быстро.Дни слились в сплошной калейдоскоп-дети требовали внимания,которого были лишены в предновогодние дни,и лишать их его,особенно внимания Владимира,она не смела.А следом за детьми тянулись и все остальные.Аннет и Лиза не понимали,как дорога для нее сейчас каждая секунда проведенная рядом с мужем,а потому искренне возмущались,когда она исчезала из гостиной,оставляя их общество и обнаруживалась непременно в кабинете.Софья Павловна отказывалась поехать с ними в свое поместье не объясняя причин и предлагая отправиться самим.
  Никто никуда не уезжал.Отец,крестный и тетушка не собирались уезжать,то отвлекая  и занимая детей,то создавая атмосферу непринужденности и веселья,когда Даша вдруг терялась и не понималась чего от нее хочет вся эта толпа в гостиной.
  Третье января.Когда оно успело наступить?Куда пролетели первое и второе?Неизвестно,словно их и не было.Сейчас дом погружался в сонную тишину.Дети давно спали,удалось отправить спать и Аннет,и остаться наконец одной.Одной на доли секунды,что бы привести малость мысли в порядок и бежать.Скорее в кабинет,где был сейчас Владимир,а еще в корзинке у камина ей был оставлен маленький рыжий комочек.
  -барина,там гость пожаловали
-гость?В такой час?Сообщи барину,а я встречу пока
Какой еще гость в такой час?Уж не случилось ли чего.А может просто друг Владимира?Наверное,устал с дороги,благо мороз сейчас не крепкий,потеплело отчего-то,но к крещению ведь вновь ударит,да еще как.Выйдя из гостиной,Даша застыла.В полумраке коридора она отчетливо видела его фигуру,осанку,походку.Вот что за гость...Глупая!Столько дней томительного ожидания,а когда он приехал,ты решила,что прибыл какой-то однополчанин?!Он шел прямо на нее,и она скорее интуитивно,чем осознанно присела в глубоком реверансе,лихорадочно стараясь привести мысли в порядок.

0

4

И вот император испарился в мгновение ока, и остался просто человек, соскучившийся по родному теплу. Даша в своем трогательном домашнем платье была так похожа сейчас на юную девочку, что Николаю даже захотелось поднять ее на руки. Как же отличалась она от мельтешивших перед его глазами день ото дня дворцовых красоток! И как правильно, что она живет теперь в провинции. Здесь и дышится легче, и чувства как-то чище. Про пожар, про дочку, про все - потом.
Николай сделал несколько быстрых шагов к ней, схватил за плечи и поднял-потянул к себе, уверенным жестом собственника. Зарылся в мягкие волосы, уложенные в несложную прическу. Распустить бы их поскорей.
- Идем в твою комнату, я соскучился, - с ней не нужно прелюдий и долгих разговоров, она всегда понимает его с полуслова. Поговорят они потом, когда утихнет этот внезапный голод, вспыхнувший от первого же прикосновения.

0

5

Владимир уже несколько минут сидел молча,  глядя на переплет расходной книги которую закрыл,  покончив наконец с делами.  Было поздно. Не желавшие разъезжаться Трубецкие все чаще отвлекали Дашу,  но сейчас за поздним временем наверняка разошлись уже спать,  а значит она сейчас придет.  Он блаженно потянулся и встал.  Уже собирался было открыть окно и набить трубку, когда в дверь поскреблась Анфиса
- Барин,  гость пожаловали
Что за гость,  кто и откуда,  почему не назвался -он не стал даже спрашивать на Святки ни у кого не спрашивали "как доложить изволите " - любого гостя кто бы ни был полагалось привечать. Поэтому он молча кивнул и выйдя из кабинета направился в гостиную.  Короткий коридор,  знакомая до мелочей комната за ним...  И зрелище которого он ожидал и опасался столько дней.  Зрелище от которого словно вынул кто -то сердце из груди,  оставив вместо него тяжелую каменную пустоту.  Корф шагнул в гостиную и глубоко вздохнув произнес
- Доброго вечера,  Ваше Величество. И всеподданнейше прошу Вас отойти от моей жены.

Отредактировано Владимир Корф (09-06-2015 17:09:51)

0

6

Она попятилась бы назад,если бы не сковавший тело ледяной  панцирь.Но через какие-то секунды руки,некогда такие родные,а сейчас чужие подняли и притянули к себе,волос коснулись чужие губы,и чужой голос прошептал то,от чего по спине пробежал холодок.Каких-то полгода назад она мечтала об этих объятиях,сейчас же сковавший страх разорвала непреодолимым желанием вырваться,отойти подальше.Руки уперлись в его грудь,плечи напряглись,желая отодвинуться от него
-Ваше Величество,я не...-договорить она не успела,из-за спины раздался голос мужа и она умолкла

0

7

Голос ударил в спину неожиданно, Николай дернулся, но Дашу не выпустил, но выпрямился и несколько долгих мгновений требовательно смотрел в ее глаза. Вот как! Жену. Жену? Жену!!!
Она  вышла замуж без его ведома? Его Даша? Уж не сошла ли она с ума?
Дворцовая выучка и выдержка пригодились как нельзя кстати. Ему хотелось схватить ее покрепче и трясти, трясти - чтобы вытрясти из этой головы малейшую мысль о каком-то там муже. А он только сжал крепче, до боли, ее плечи и процедил сквозь зубы:
- Так ты, оказывается, замуж вышла. Прикажешь теперь тебя поздравить с этим радостным событием? И кто же сей счастливец?
Николай резко выпустил ее и медленно повернулся.
- Корф?! - право, ссылка в имение была слишком мягким наказанием для этого барона, который умудрялся то и дело переходить ему дорогу. Нужно было услать наглеца подальше, куда-нибудь на войну, чтоб там он и сгинул. Николай был взбешен, но старался не показать этого. С убийственным спокойствием он вновь повернулся к Даше.
- Примите мои поздравления, баронесса, - взгляд сверху вниз, высокомерная усмешка, поворот к Корфу, при одном взгляде на которого так и хотелось позвать охрану... которая, увы, сейчас слишком далеко.
- Вас, барон, мне поздравить не с чем. Вам я могу лишь посочувствовать.
В самом деле, ничто и никто не остановит теперь Николая от подписания смертного приговора. И плевать, что нет повода. Повод Третье Отделение найдет без труда. Обвинение в государственной измене, например. Только скорее добраться до Петербурга.
Не взглянув больше на Дашу, император подчеркнуто медленно вышел из комнаты.
Никогда он еще не гнал коня с такой скоростью. Николай торопился в Петербург. Ему нужно было срочно отдать приказ об аресте барона Корфа. А Бенкендорфу предстояло придумать подходящий предлог для обвинения нахального барона в измене. Ненависть и неутоленная жажда сделали императора безжалостным и напрочь лишили чувства справедливости. У него отняли едва ли не самое ценное, что было в жизни.
Его Дашу.

+1

8

Голос Императора обрушился на обоих двумя ударами хлыста. Владимир как ни странно умудрился почувствовать какую-то тень жестокого удовлетворения в возмущенном восклицании "Корф?!". Секунда, краткая, какие-то доли ее - в которые это восклицание сделало его не каким-то там забытым опальным подданным - а человеком, чье имя Государь не забыл и которому - пусть на долю секунды - почувствовал себя равноценным соперником. Мало кому удается похвастаться тем, что один лишь звук твоего имени заставляет Государя величайшей Империи в мире кривиться как от зубной боли, хотя достижение весьма сомнительное.
На протяжении этой короткой но страшной сцены, если не считать нескольких сказанных им слов -Корф так и остался - неподвижен и недвижим, с заложенными за спину руками и высоко поднятой головой, словно утес на который налетел морской шквал, налетел, окутал, потряс ударом волны до основания и схлынул... обещая еще бОльший...
Звук шагов Императора затих, заскрипели ворота которые сонные уже слуги открывали перед вылетевшим словно демон в ночь всадником, а он все еще стоял в оцепенении, не замечая как текут секунды. Голос Государя казалось все еще звучал в этой гостиной.
Итак. Это случилось. Возможно - не застань он картины при которой император обнимал Дашу - Владимир возможно подобрал бы иные слова. Но те что он произнес - жесткие и дерзкие - слетели с языка не задумываясь. И даже теперь, медленно стараясь вновь заставить себя дышатть - он не жалел ни об одном сказанном слове.
Лязгнул замок захлопнувшихся ворот. Корф вздрогнул, и сделав несколько шагов к жене молча и крепко обнял ее.

Отредактировано Владимир Корф (09-06-2015 23:59:07)

0

9

От пронизывающего голоса ее пронзило страхом,обратившим полыхнувшую боль в плечах в ничто.Она не произнесла ни слова,лишь смотрела в эти ясные голубые глаза,сейчас пронзающие ее насквозь.Едва он ее выпустил,Даша пошатнулась,вздрогнув от восклицания Государя,узнавшего за кого она посмела выйти замуж.Господи,сколько негодования,возмущения,ошеломления было в его голосе!Но следом последовало еще более страшное спокойствие и усмешка,от которых кровь стыла в жилах,хлесткий голос,словно отсекающий дальнейший путь обоих и тишина,нарушаемая лишь его удаляющимися шагами.
Затихли шаги,а она не могла сдвинуться с места,даже закрыть глаза или хотя бы отвести глаз от дверного проема,в котором скрылся Император.
- Вас, барон, мне поздравить не с чем. Вам я могу лишь посочувствовать.
Страшный,леденящий душу голос царя непросто не затихал,он нарастал словно колокольный звон,наполняя собой пространство.Что теперь будет...что теперь будет?!Через пару часов он будет в Петербурге и тогда...Господи...как она могла...чем она думала?!Посмела надеяться,что все обойдется...да как ты посмела так поступить,как посмела ставить под такой удар его!А теперь...теперь...
Даша не сразу поняла,что прижата к груди мужа,что какой-то странный не то стон не всхлип издала она,что мгла,расстилавшаяся перед остекленевшими глазами не полумрак комнаты.
-неужели...все?-странно,кто это прохрипел?И как с языка ведь сняли!

0

10

- Прости. - коротко шепнул Владимир, опуская лицо в ее волосы. Он стоял неподвижно, прижимая жену к сердцу, и чувствуя как его медленные, тяжелые удары растекаются по всей грудной клетке словно тягучие звуки набата. Странно - ведь ему положено наверное колотиться как в лихорадке, а оно напротив, бьется так медленно, словно хочет остановиться. Впрочем с чего бы его лихорадить - Корф не ощущал волнения. Вообще ничего не ощущал кроме тупого онемения во всем теле и странного, остановившегося времени вокруг них сейчас.
- Я не мог поступить иначе.

0

11

Только бы не упасть сейчас,обморока только не хватало.Над же,она никогда не считала себя трусихой,а сейчас...может не от страха так сковало,может это что-то другое...чувство неизбежности?Она чувствовала под ладошкой тяжелые удары его сердца,тогда как ее колотилось так,словно желало прорвать грудную клетку и грозило разорваться прямо сейчас.Это не правильно!Это не честно!-какой-то детский протест заставил замотать ее головой,от чего она пошатнулась,потеряв равновесие.Это ее!Ее дом,ее счастье,ее муж!Кто он такой,что бы являться сюда и отбирать все это?!Но что можно сделать,что...Голова пошла кругом,пальцы до побеления сжали его рубашку,словно желая врасти и никогда не выпускать.
-я знаю...ты не мог...ты увидел...прости...я не успела....а он...прости...

0

12

Владимир медленно отвел одну из обнимавших ее рук , поднял к ее волосам, и принялся по одной извлекать шпильки, роняя их прямо на паркет. Наконец ее волосы скользнули за спину, рассыпались тяжелой волной, и он зарылся в них лицом с таким наслаждением как никогда прежде. Рука погрузилась в россыпь локонов, мягко обхватывая ее голову с затылка, словно прикрывая ее прижатую к его груди головку от всего света. Что сказать ей. Как поддержать и успокоить, когда слова Императора звучали ему невысказанным, но так явно прозвучавших в них приговором. Что он предпримет? Хорошо если просто прикажет пристрелить его завтра, попросту и без затей, без суда и следствия. Такое говорят уже бывало раньше. А если нет? Если... ссылка? - От одной этой мысли у него закружилась голова. "Я пойду за тобой, в Сибирь, на Кавказ..," - вспомнились ее слова и сжали болью душу. Только не это. Но... предположения, предположения... Жребий брошен как говорил Цезарь, не так ли... А там... Как Бог велит.
- Люблю тебя.
Сейчас. Сейчас немного растает свинцовая тяжесть сковавшая тело. Сейчас он найдет в себе силы двинуться с места. Сейчас. Только вот еще одну секунду, баюкать ее в объятиях и не двигаться. Еще одну секунду украсть у ускользающего времени

0

13

Не смей!Нельзя плакать!Какой в этом толк!Сделаешь еще хуже и себе и ему.Особенно ему.Нельзя,нельзя...
Она уткнулась ему в грудь лбом,закрыв глаза и обхватив руками под сюртуком.Приказы отдавать проще,чем их выполнить.Тихие слезы,без всхлипов,покатились таки по щекам,и она поспешно вытерла их дрожащей ладошкой. Взять себя в руки не получалось.Господи,как далек был тот день,когда она узнала о планируемом приезде царя,как быстро пролетели дни,как быстро все закончилось...закончилось?Нет,не закончится пока бьются сердца,что бы не сделал Император,что бы не придумал. Но как она ни храбрилось,ее пронзало тысячами лезвий от одной мысли,что возможно уже завтра вечером его рядом с ней не будет.Не будет его рук,его голоса,смеха,он не будет гладить огромную голову Велеса или катать на колене Егора,Алешка не будет засыпать его нескончаемыми вопросами,а Саша...Господи,Саша...Слава Богу он приехал в ночь,слава Богу дети спали и она никогда не узнает о том,что отец был здесь.
Руки крепче обхватили его,стиснутые зубы,едва не стирались в порошок,удерживая за собой стон,рвущийся из зашедшегося в спазмах сердца.Она отказывалась принимать то,что их время истекало,то,что их судьба решена уже сейчас,когда царь мчится к столице.Нет...все не может закончиться вот так...не может

+1

14

Владимир же молча наклонился, поднял ее на руки и понес вверх по лестнице. В спальню. В маленький, наглухо закрытый от остального мира уголок для них двоих. Мир вокруг облекся ватой, глухой, непрозрачной стеной. Ступеньки под ногами казались мягкими. И чем выше он поднимался - тем бессознательнее ускорял шаг, и уже сворачивая на лестницу третьего этажа - едва не бежал, подстегиваемый интуитивной потребностью торопиться, вперед, вперед, быстрее, еще быстрее - уйти, унести ее от настигающих и обгоняющих их минут, обогнать стрелки часов хоть на мгновение.
Дверь в спальню за собой он захлопнул ногой - чего раньше себе не позволял. Наверное Любаша приготовила как всегда для Даши ванну... как и все эти последние дни горничная не прислуживала своей хозяйке во время купания, потому что Корф не упускал ни мгновения этого упоительного ритуала. Но сейчас - выпустить ее из объятий даже на миг, даже для того чтобы их разделил хоть бортик ванной - он не мог. Не хотел. Мир не перевернется если один раз он уложит ее в постель не дав выкупаться. Не хочу воды. Хочу огня. Тепла, мягкой неги. Завтра этого уже не будет. Что бы не предпринял император - камеру, Сибирь, Кавказ, Шлиссельбург, плаху - этого завтра уже не будет! Не будет мягкого тепла ее объятий, не будет ее голова доверчиво покоиться на его плече, не будут обволакивать их обоих мягкие объятия теплой постели которая хранила столько восхитительных ночей. А значит сейчас - это все должно быть. Сейчас. Хотя... нет. Не сейчас.
Он ощущал ее страх, ее сводящее с ума напряжение.... если не поговорить об этом, если не ослабить этот удушающий ее узел - не будет у них даже этой последней ночи, она будет отравлена страхом. Но что ей сказать? Как утешить, как обнадежить? Соврать -ей? Впервые в жизни? Хоть и ради благой цели?
Если придется.... но нет.
Владимир опустился в кресло, вместе со своей ношей, и поцеловав ее в висок устроил ее в своих объятиях словно ребенка. И прошла вечность прежде чем он тихо произнес, отвечая на ее вопрос который там, в гостиной так и повис без ответа
- Нет.Еще не все

0

15

Она не успела понять,каким образом переместилась из страшной гостиной,наполненной отзвуками голоса царя, в тихую спальню,которую не коснулся этот ужас.Все осталось где-то за гранью понимания,за гранью сознания,ведь это было не важно.Важно было его тепло под его руками,стук его сердца,дыхание,запах табака на одежде.Ее собственное дыхание то и дело сбивалось,заходясь,сердце сжималось словно стиснутое несколькими кольцами.Господи,сколько обещаний она давала и ему и себе,что будет сильной,что все они вынесут,что через все пройдут,и все у них еще будет хорошо.Но сейчас они не действовали,не действовало  и воспоминание о словах Сычихи,всплывшее откуда-то из недр памяти и исчезнувшее.
Тишина теплой спальни заставила чуть ослабнуть сковавший ее лед,а через секунду сжаться еще сильнее-завтра его здесь не будет.Прекрати!-взвыло сознание,отчаянно пытаясь пробудить какое-то подобие самообладания-хватит хоронить все раньше времени!Если завтра его увезут?!А ты тратишь драгоценное время на истерику!
Отчаянные вопли собственного сознания возымели мало-мальский эффект.Даша подняла голову с его плеча,и касаясь кончиками пальцев его щеки,постаралась улыбнуться
-верно...еще не все...

+1

16

- Знаешь, мне никогда не нравился поступок Муравьевых, Волконской, Трубецкой, Шаховской и остальных семерых. - неторопливо заговорил Корф, откинувшись на спинку кресла и расчесывая пальцами ее волосы,  словно начиная обычный разговор, обсуждение каких-то исторических событий или прочитанных книг - В романах конечно их поступок идеализируют, называя высшим проявлением любви. А по мне - так это нелепо. Все восхваляют их мужество за то что они отреклись от прежнего безбедного существования и обрекли себя на те же лишения что и их мужья. Но почему никто не подумал о том, что отправляясь за мужьями в Сибирь - они навсегда отреклись от своих детей. Подумай, Даш - навсегда! Навечно! Они не имели права их даже увидеть. Даже написать письмо. Пятнадцать лет каторжных рудников для их мужей - для них стали пятнадцатью годами жизни в маленьких домиках за оградой барака. И видеть своих благоверных они могли лишь по нескольку минут в день - когда тех вели из барака в рудник и обратно. Ни поговорить, ни прикоснуться. Не представляю даже чувства этих бедолаг, когда в довершение собственных страданий им приходилось видеть как их жены выстаивают часами на морозе чтобы выгадать эти несколько минут и разглядеть их лица между конвойными. Я бы удавился на второй же день, чтобы не видеть тебя там, честное слово. Эти несчастные женщины, думая облегчить участь своим мужьям сделали их каторгу во много раз тяжелее. Потому что к собственным испытаниям прибавилась боль за лишения которым подвергает себя жена. Угрызения совести за то что она там из-за него. И боль за собственных детей - которым отныне придется жить приживалами у родственников. Которые еще неизвестно сколько проживут и как будут с ними обращаться. Детей, которые враз остались не только без отца, но и без матери. Как жить с таким грузом на совести, с такой виной перед женой и детьми?!
- он рассказывал это так спокойно, мягко, словно очередную сказочную импровизацию которые так любил слушать Егор. Его рука крепко и надежно обнимала ее со спины, а вторая ладонь неторопливо гладила ее побелевшие, тонкие ручки, пытаясь отогреть похолодевшие кисти собственным теплом.
- По приговору большинству из них досталось десять лет каторги, лишь некоторым - пятнадцать или двадцать лет. А потом - пожизненная ссылка в Сибирь. Когда срок каторги закончился - они могли воссоединиться наконец с мужьями - с теми кто выжил в аду рудников и аду собственной совести. И остаться в Сибири на вечное поселение. Оттуда уже можно было слать письма - но выросшим уже за это время детям - не нужны были письма от матерей, которые их бросили. Ребенку не понять причин по которым мать уезжает невесть куда и оставляет их. Ни одному ребенку этого не понять. И дети этого не прощают. Они потеряли детей, но не вернули мужей. Воссоединиться со своими мужьями смогли лишь немногие из них. Муравьева умерла от жестоких условий, не дождавшись того дня когда срок каторги подойдет к концу и они смогут уехать вдвоем на поселение. Бороздина была насильственным образом разведена, а Волконская завела любовника. Лишь Трубецкая насколько я знаю - живет сейчас с мужем где-то в Иркутстке, как вечные ссыльные поселенцы. Где остальные - не ведаю. И что самое страшное - ведь за то время что они провели в Сибири - уже дождавшись окончания каторги - многие из них рожали детей. Эти дети становились крепостными, Даша, таков закон. Ссыльные не имеют права держать на поселении детей и воспитывать их. Даже своих собственных детей.

Отредактировано Владимир Корф (10-06-2015 11:46:09)

+1

17

-замолчи-прошептала она,развернувшись и взяв его лицо в ледяные ладошки-а ты не подумал о том,что для этих женщин вся жизнь была там,в этих нескольких минутах у ограды,разделяющей домик и барак.Эти несколько минут были всем,ради чего они хотели жить дальше.Да,наверное мы плохие матери и вообще не имеем права называться ими,но это так.Ты говорил,что мы не принадлежим друг другу,только детям,но это не так.Если ты будешь где-то там,а я здесь...Ты не представляешь,какой ненавистью меня охватывает ко всему,что удерживает здесь....и не удержит.Да,я скверная мать,и слова это страшные,но если все сложится так,то и моя жизнь будет там,в нескольких минутах,что  я смогу видеть твое лицо,твои глаза,хотя бы из далека.Если я останусь здесь...это будет моя личная каторга,каторга детям,каторга для отца и крестного.Удержать меня здесь может лишь твое слово,но никак ни дети,родственники и крыша над головой

+1

18

Тяжесть, глубокая, бездонная тяжесть, словно кресло стояло не на твердом полу а на зыбкой затягивающей трясине, и поднимаясь по ножкам она просачивалась внутрь и заполняла душу. Ну как... как объяснить ей...
- Говорят что нет инстинкта сильнее материнского - медленно отозвался Владимир чуть склоняя голову к плечу чтобы прижать ее ладошку щекой. Он говорил все так же мягко, словно они обсуждали не свое собственное возможное будущее, а чье-то еще. - Не хочу чтобы тебе когда-нибудь пришлось на опыте проверять, так ли это. Но... знаешь, на месте того же Волконского - чем знать что его жена рядом, страдает от голода и холода, что его сын живет у деда с бабкой на положении вечного приживалы, и вырастет без отца и матери, ежесекундно бояться за жизнь жены в тех условиях и терзаться угрызениями совести за сына... я бы предпочел знать - что моя семья - в благополучии и безопасности. Что моя жена растит детей, и ей помогают родственники. Что она хоть и тоскует - так же как и я - но верит в меня и ждет. И что когда срок каторги истечет - она приедет ко мне - уже не женой бесправного каторжника, а просто женой. И тогда у нас будет домик где-нибудь там, далеко. Мы будем вдвоем, но дети став уже взрослыми не будут считать себя брошенными. Тогда будут беспрепятственно ходить письма и они смогут навещать нас.  И тогда будет будущее... взамен выдранных у мороза и голода пары минут - ценой угрызений совести и детских слез.... Я слишком часто кусал подушку чтобы не плакать от боли, от чувства заброшенности и не нужности. Я не хочу чтобы мои дети прошли через это, особенно после того как почувствовали вкус тепла и любви. - ему сдавило горло, он глубоко вздохнул и едва заметно улыбнулся поднимая пальцы к ее щеке - И не бойся слов. Это лишь слова. Будущее настанет - хотим мы того или нет. Но мы не должны просто сидеть забившись в угол и бояться его, верно? Нам надо знать - чего примерно ожидать от этого будущего. И встретить его со спокойной душой, и хоть какой-то почвой под ногами. Тогда мы выстоим. Иначе оно собьет с ног, закружит как прибой, перевернет вверх ногами и разбросает далеко друг от друга, оставив потом лишь разбитые кусочки от нас обоих.

0

19

-только если ты этого хочешь-тихо прошептала она,не сводя с него взгляда.Пойти против его слова она не могла.Если все действительно сложится так,то единственное,что ее удержит дома его желание не видеть ее там.Правда...на мгновения перед глазами встали дети,испуганные глаза,непонимающие почему их жизнь вдруг так перевернулась,и если им придется потерять отца,то отбирать и мать,причем не облегчая ему этим жизнь,а только усугубляя...Горло сдавило словно стальным кольцом,мешая дышать-ты прав...я не имею на это права...Я больше ни на что его не имею

0

20

- Как и я - глухо отозвался Корф, прикрывая глаза. В ее голосе слышалось столько горечи, что он поневоле чувствовал себя виноватым... глубоко, безнадежно виноватым перед ней. Хотя... то что он сказал - было правильным, увы. Дети - это не просто маленькие забавные существа, с которыми можно играть, ласкать и баловать.... а ответственность. Долг. Долг на всю жизнь, для них обоих, принявших эту ответственность добровольно. - Я не знаю что нас ждет. Если ссылка... то я предпочел бы Кавказ. Оттуда куда больше шансов вернуться намного быстрее чем истечет срок, и там все знакомо. Вместо льда, руды и колодок - леса, горы и кони... вольный воздух и шанс вернуться домой героем, оборвав любую ссылку. Если заключение...Ну это наверное неплохо - тогда перед тобой не станет этот выбор, который тебя так мучает. И ты ведь будешь меня ждать?

0

21

-каждую секунду-прошептала она  в ответ и ,приподнявшись коснулась его губ.Отстранившись,коснулась лбом его лба и закрыла глаза.Пальцы машинально поглаживали и перебирали черные волосы,спускаясь к затылку и возвращаясь обратно-помнишь тот день под кленом...я тогда так боялась,что из-за меня  ты пострадаешь,и вот оно случилось.Прошлое не имеет значения...но именно мое прошлое сейчас все ломает,а я ничего не могу сделать.Даже просить прощения бесполезно,ведь это ничего не изменит

0

22

- Еще ничего не случилось, родная моя. - пальцы Владимира скользили между прядями ее волос, ладони гладили по плечам - И неизвестно - что именно случится. Но не останови ты меня тогда.... не было бы сейчас здесь ни тебя ни меня. Этот проклятый бастард заполучил бы тебя и неизвестно что бы сотворил. Дети остались бы у Михаила Федоровича, и им полагаю несладко было с твоей матерью. Мальчишки так и остались бы непризнанными, незаконными, лишь подопечными - без будущего и состояния. И случись что с твоим отцом - их бы попросту вышвырнули на улицу, ты ведь это знаешь, просто никогда не задумывалась об этом, верно? А Сашенька...представляешь в какой ад превратила бы Лидия Алексеевна ее жизнь? Дочь Императора, плод связи за которую она унижала тебя семь долгих лет. А теперь... у нас ведь было целых два месяца счастья, которого не было бы. И что бы не случилось - у детей теперь есть род и фамилия, есть свой дом и будущее. Столько счастливых дней и ночей - которых попросту могло бы и не быть. Мы не знали бы счастья. Скажи... разве ты жалеешь о том что не прогнала меня тогда?

0

23

-нет,я жалею только о том,что не могу обрубить прошлое и не притащить в наше настоящее-вздохнув,она отстранилась, проводя кончиками пальцев по его щеке и скуле-два месяца...целая жизнь.И самая счастливая.Она не закончится завтра...не знаю,что он придумает,но я не могу тебя вот так потерять.И не только я-поддавшись вперед,Даша уткнулась ему в шею,обняв и свернувшись в комок на его коленях-что бы не случилось завтра,я всегда буду рядом с тобой,все мы.Даже если он разделит нас расстоянием,мои мысли и сердце всегда будут с тобой.Хотя это так мало-убеждала она его или скорее саму себя,но понемногу кромешную тьму стали прорывать светлые лучики  шаткой,слабой,но надежды.

0

24

- Это немало, родная моя... - Владимир баюкал ее в объятиях, касаясь щекой ее волос - Это - больше чем целый мир. Гораздо больше. И ничего не бойся, хорошая моя... моя маленькая, отважная девочка. Все проходит, все начинается и заканчивается, и плохое и хорошее. Только вот тут - он коснулся губами ее лба - пусть не заканчивается никогда.
Бездна, каменная бездна разверзшаяся в душе при виде Императора оставалась пустой и бездонной. Но над этой бездной было серо-голубое небо ее глаз, и тонкой дугой радуги было то чувство что слышалось в ее словах, в ее голосе. А небо видно всегда - из любой пропасти.

0

25

-наше хорошее еще не закончилось,оно только началось.А сейчас...а сейчас  будет какое-то испытание...и закончится оно быстро и...и ты будешь со мной,всегда будешь со мной...совсем скоро мы будем сидеть в кабинете на шкуре и пить чай,все вместе...и пойдем опять с малышами на горку,а еще...еще ты обещал мне показать,как умеешь стрелять и...и научить меня...и...встретить еще ни один рассвет над рекой у лесопилки,а еще местечко в лесу...и...-она замолчала,потому что горло сдавило так,что ни вдохнуть ни выдохнуть.Закусив до боли губу,сглотнула вставший поперек него ком и выдохнула-я люблю тебя

0

26

- И это и многое другое - Владимир улыбнулся, и запрокинув ее голову на свое плечо, так что она смотрела на него снизу вверх - провел кончиком пальца по спинке носа. А потом наклонился, касаясь ее губ. Словно разжался капкан стискивавший обоих, и прикасаясь к ней сейчас он уже не чувствовал внутри нее камня. Его глаза теплились ровным светом, в голосе звучала спокойная, мягкая нежность.
- Родная ты моя... любимая... мое солнышко.... радость.... Не представляешь как я благодарен судьбе за тебя. За то счастье которое ты принесла мне. За ту жизнь что подарила. Ты... мое Божье чудо. Моя любовь.... моя жизнь...
Последние слова он прошептал уже касаясь губами ее губ, а после - встал с кресла, поднимая ее на руках и направился к кровати. И снова и снова , легко прикасаясь к ее губам, усадил ее на постель. Он и не думал отрываться от нее - лишь руки привычно скользнув ей за спину принялись расстегивать крючки платья один за другим. Так же медленно и неторопливо, растягивая каждое легкое прикосновение - как в их первую ночь

0

27

Она смотрела на него снизу вверх в который раз за эти дни изучая каждую черточку его лица,каждую крапинку лучащихся теплом серых глаз,каждую темную ресничку,изгиб губ.Она была готова смотреть на него вечно,вечно слышать его бархатный голос,чувствовать его тепло.Вот бы время остановилось или хотя бы замедлилось,но не неслось так неминуемо вперед,приближаясь к разлуке.Долгой ли?Или все закончится быстро?А если быстро,то как?Каторга...от одной мысли о ней,ее бросало в холод и темнело перед глазами.Ее не пугали ни лишения ни морозы,в которых не жили,а существовали жены декабристов,но сковывало льдом,стоило представить его в кандалах,работающего на руднике.И ведь не все переживают этот ад...Заключение...Петропавловка,Шлиссельбург?Или куда?Она не разбиралась в этом,да собственно и не интересовалась,даже не прислушивалась к сплетням и разговорам об арестантах,а теперь...А если еще хуже?Казнь?Нет,не может же Император дойти до такого...или может?Вспоминая его взгляд там,в гостиной,понимала,что может.
Завтра...этот мрак наступит завтра,когда они выйдут за пределы этой комнаты.А сейчас он был здесь,и не смотря на ледяную занозу в сердце,ее охватывал привычный трепет  от прикосновения его губ,от его дыхания.Руки сами собой потянулись к нему,неторопливо развязывая шейный платок,с каким-то наслаждением пропуская шелковую ленту сквозь пальцы.Ладошки привычно прошлись по плечам,сталкивая сюртук.

0

28

А потом была любовь. Медленная, неторопливая и спокойная, словно впереди была вечность. И понимая что это вполне возможно - последняя их ночь, Владимир никуда не спешил, и смаковал каждую секунду, каждое движение, каждое прикосновение и каждое касание губ. Она была тут. Она. Его любимая, его женщина, его жена. Каждый сантиметр ее тела, каждый изгиб, каждую линию он мог ласкать до бесконечности, и погружаясь в дымку сладостных объятий с головой, словно в бездонный омут он не собирался возвращаться к реальности, напротив, уходил все дальше и глубже, уводя и ее. Каждый вздох был лаской, каждый стон - наградой, и казалось многие часы пролетают над ними, утонувшими друг в друге, в бесконечных взлетах и падениях, в бесконечности любви сделавшей казалось осязаемым самый воздух вокруг. Они блуждали в облаках и видели розовую зарю, слышали дождь и чувствовали солнце, весь мир принадлежал им, ибо мир и есть любовь, и взлетев на крыльях к бесконечности - могли бы, если бы захотели обнять взглядом весь мир с неизмеримой высоты. Но не было дело ни до мира, ни до земли и неба. Ни до чего кроме друг друга. Он для нее, она для него - в сплетении рук, единении тел, смешавшемся дыхании. В подернутых дымкой ее глазах, в его ласковых прикосновениях, каждое мгновение словно драгоценная звезда на небосводе.
Они любили друг друга, когда далеко, за уездом мчался по дороге взбешенный всадник сопровождаемый молчаливым эскортом.
Они любили друг друга, когда далеко, в Петербурге - он соскочил с коня.
Они любили друг друга когда далеко, в Зимнем дворце - всесильный Император решал их судьбу.
Им не было ни до чего дела. Ни до Императора. Ни до завтрашнего дня. Ни до судьбы.
Они любили друг друга.
И ночь текла над ними темным потоком освещенным затухающими свечами и отблесками догорающего камина.

+1

29

Казалось время услышало ее мольбы и остановило свой бег.Тьма за окнами не сменялась серым,холодным рассветом.Комната была погружена не в белесый свет ледяного солнца,а в теплые отблески гаснущего камина.Ее голова привычно покоилась на его плече,рассыпав каштановые пряди по подушке,а ладошка накрыла шрам у самого сердца.Не было ни усталости ни сна.Времени итак оставалось не слишком много,что бы тратить драгоценные минуты на не нужный сон.Время от времени она поворачивала голову,что бы коснуться его губами или всмотреться в любимое лицо,черты которого она видела даже в темноте.
Понемногу стали проступать вопросы,которые она пока боялась задавать-разрушить эту магию последних часов не хотелось,страшно было и снова говорить об этом.Хотя и следовало.Она не знала,что делать потом.Наверное,следует написать графу?Или нет?Сразу же сообщить Репнину...а может поставить в известность Цесаревича?Кого еще поднять на ноги,у кого просить помощи?
-мне написать графу о случившемся?Или может ты сам?-прошептала она,проводя ладошкой по его груди.Как ни крути,а рассвет настанет,и лучше знать сейчас,что делать,чем метаться потом.

0

30

Владимир качнул головой неопределенно
- Он просил написать ему если что-то случится. Напиши ты, если оно все-таки случится. Или попроси Анну... она наверняка пишет ему каждый день. Александр... наверняка узнает все сам. Репнин.... - он вдруг усмехнулся и повернул к ней голову на подушке - Ты представляешь себе Репнина в запое?! Вот уж никогда не думал что такое вообще возможно!

0

31

-я напишу ему сама-она не могла объяснить почему не хочет,что бы писал кто-то другой,а особенно Анна,влюбленная и скучающая девушка."Напиши,если оно все-таки случится". Оно уже случилось,а значит напишет ему завтра же,пусть знает-а если не узнает?Если Император решит скрыть от сына?Ведь ты его друг-на слова о Репнине она только плечами пожала.Ну в запое и в запое,что с того?Не маленький и не дурной,голова есть на плечах,сам пусть о своей судьбе думает,как жить или как ломать ее-по-моему за последнее время надо было уже привыкнуть к тому,что возможно абсолютно все.Ты женился,граф обручен,Долгорукий стрелялся на дуэли

0

32

Владимир расхохотался, закидывая за голову свободную руку - это краткое перечисление невероятного прозвучало невероятно забавно. "Ты женился, граф обручен, Долгорукий стрелялся на дуэли.... " можно и продолжать "Даша замужем, Репнин в запое, принцесса называет барона папой"
- Возможно и решит - чтобы уберечь свои уши от сыновнего возмущения - все еще смеясь произнес он наконец - Ну что же, надо написать и ему. А он наверняка обратится за поддержкой к матери. Думаю Императрица сумеет охладить пыл своего супруга. В ее интересах чтобы ты была замужем и не появилась вновь на ее горизонте.

0

33

-я готова никогда не появляться на ее горизонте,только пусть спасет моего мужа-пробормотала Даша,чуть подтянувшись и касаясь губами его шеи-завтра же напишу всем,что б жизнь медом не казалась.И Репнина из запоя выведу,у Вари есть отличная настойка и тяжелый половник.-странно,но от его смеха ей вдруг стало легче.Хотя само по себе ей казалось дико вот так разговаривать о таких вещах,но что лучше-метаться потом в панике?Нет,уж лучше решить пока относительно спокойна-а еще есть отец и крестный,а может и у тетушки есть какие-то знакомства,мало ли-шептала она скорее всего самой себе,покрывая его шею легкими поцелуями

0

34

Глубокой ночью  шеф жандармов, генерал-адъютант, генерал от кавалерии граф  Александр Христофорович Бенкендорф стоял напротив своего императора и силился понять то, что Николай ему говорил – и не понимал ровным счетом ничего. Нет, он помнил опального Корфа, но решительно не мог сообразить, зачем нужно ни свет ни заря именно ему мчаться в поместье барона, чтобы арестовать его. Но государю не принято задавать подобные вопросы. Арестовать так арестовать. Граф посмотрел в налитые злобой и ненавистью глаза императора. Чем же умудрился досадить ему Корф.
- … От Вас, Александр Христофорович, мне требуется также четкое обвинение для барона, - с нажимом произнес Николай, - Вы понимаете меня?
Отчего же не понять, теперь все стало гораздо яснее. Императору нужен просто предлог, чтобы избавиться от ненужного человека. Не в первый раз.
- Быть может, если Ваше Величество хотя бы намекнет о вине барона, я смогу наиболее четко сформулировать обвинение…  - Бенкендорф вопросительно посмотрел на Николая.
Мутный, какой-то звериный взгляд императора очень не понравился Александру Христофоровичу. В нем говорила злоба – не лучший советчик для принятия таких решений.
Этот подлец женился на Дарье! – чуть было не крикнул Николай. Бешеная ярость распирала его изнутри, стоило только вспомнить холодно-вежливый голос Корфа. Подлец… с…н сын… Посмел забрать себе то, что всегда принадлежало ему, Николаю! Уничтожить, стереть в порошок, сгноить в тюрьме… Только чтоб никогда больше не слышать этого нахального голоса и не видеть этого упрямого выражения в глазах. Не будет Корфа – Даша вернется к своему императору. Не может не вернуться, ведь столько лет она была его любимой игрушкой. Сейчас главное – расправиться как можно скорее с бароном.
- Государственная измена, граф. Полагаю, достаточно для ареста и заключения под стражу? – голос был отрывистым, каким-то лающим. Николай все никак не мог успокоиться и взять себя в руки.
- Я буду ждать Вас. Возьмите с собой побольше людей и отправляйтесь, как только будете готовы. Я хочу увидеть Вас как можно скорее с докладом, что Корф уже в тюрьме.
Бенкендорф молча поклонился и вышел. А Николай, кипя от так и не растраченной ярости, в сердцах схватил с каминной полки изысканный фарфоровый подсвечник, изображающий играющего на свирели фавна, и с силой швырнул его о стену. Фавн разлетелся на мелкие осколки.
***
Зимний рассвет – поздний и тусклый – стелился по заснеженным полям, а ночная мгла нашла себе приют в почерневших лесах, когда к имению Корфов подъехала внушительная процессия во главе с графом Бенкендорфом. Сонный крепостной не спешил открывать ворота, чуя неладное, и Александру пришлось на него прикрикнуть.  Граф сделал вид, что не расслышал слово «супостаты», произнесенное крепостным вполголоса.
- Барин дома? – получив в ответ настороженный кивок, приказал:
- Пусть спускается. Немедленно.

+2

35

- Да он уже вроде бы в порядке, Мишель-то... кажется... - с сомнением произнес Владимир и прикрыл глаза, чуть ли не мурлыкая от удовольствия. - А насчет знакомств... палка возможна о двух концах. Такой человек как наш Государь может воспринять ходатайства как попытку давления.. а может и нет. Честно говоря я бы и Сержа не стал привлекать, он боюсь слишком ретиво возьмется за дело, как бы свою голову рядом с моей не положил. Но от его помощи отказываться нельзя, это будет такая смертельная обида, которой он явно не заслужил.
А вот его разговор в спокойном тоне о возможных бедах скорее успокаивал чем тревожил. Если бы беда грозила ей он бы сейчас бушевал и сходил с ума, но поскольку дело касалось его самого он был спокоен и собран как тогда, на Кавказе. И теперь блаженно жмурился от ее поцелуев и нахальным образом запрокинул голову назад, вдавливая затылок в подушку, подставляя шею под ее губы.
- М-м-м баронесса, вы неподражаемы. Кстати, я уже сегодня говорил, что я вас люблю?!

0

36

Ей было все равно положит голову Воронов на плаху или нет.Она бы выкосила весь уезд собственноручно,если бы это помогло ему.И притащила всех,чье слово может как-то помочь,но вот тут была действительно палка о двух концах.Император может действительно счесть это давлением,и тогда...Лучше всего дождаться если не приезда,то хотя бы ответного письма Воронова.Как говорил Владимир -действовать надо с холодной головой,а у нее это получается из рук вон плохо,позволяет эмоциям брать вверх.А потому,коли есть возможность довериться мужчине,который не станет ударяться то в панику то в страх,лучше сделать именно это.
-говорил...но я готова слушать это снова снова-прошептала она,спускаясь губами от подбородка к ямочке между ключиц и касаясь ее кончиком языка-я Вас внимательно слушаю-улыбнулась она,выводя губами ключицы

0

37

- М-м-м-м.... вы божественны... вы самая очаровательная женщина на земле... вы изумительная любовница... верный друг... чудесная жена... - с закрытыми глазами мурлыкал Корф, блаженствуя от ее поцелуев - А еще... еще я люблю вас. Больше всего на свете... больше жизни и души... люблю... люблю.... - его голос становился тише, переходя в шепот и совсем смолк растворившись в улыбке. Он открыл глаза, и чуть передвинув голову на подушке подтянул ее повыше, чтобы дотянуться до ее губ. Таких нежных, таких мягких губ, которые сводили его с ума.... вкусом и прикосновением которых он казалось мог наслаждаться бесконечно, и запрокинув Дашу навзничь и чуть приподнявшись над ней он все продлевал и продлевал этот поцелуй, будучи не в силах от нее оторваться.
Стук в дверь заставил его вздрогнуть. Владимир приподнялся, коротко и пронзительно глядя Даше в глаза. Никто не стучал в дверь их спальни на рассвете. Разве что что-то случилось в доме... или... или то чего он ожидал со вчерашнего вечера?
- Да? - он обернулся к двери, еще не двигаясь, все так же удерживаясь над ней на локте.
Дверь однако не открылась и из-за двери послышался настороженный и опасливый голос Данилки.
- Барин.. Владимир Иваныч... там.... там к вам пришли. Жандармы. Видеть хотят. Говорят немедленно...
Жандармы...
Дрожь пробежала по спине, холодным кольцом сжала сердце
Вот и все?
Он медленно выдохнул, опуская голову и крикнул в ответ
- Сейчас спущусь. Пусть подождут.
- Слушаюсь - из за двери послышались удаляющиеся шаги на лестнице а Владимир вновь взглянул на жену и в этом взгляде промелькнуло странное выражение, похожее на... прощание. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле и он лишь молча склонился вновь к ее губам, словно хотел вложить в этот поцелуй собственное сердце без остатка. Он длился и длился, пока у него не перехватило дыхание, пока он наконец не заставил себя оторваться от ее губ, и встать с кровати.
Не смотри на нее, не смотри, иначе тебе не хватит духу!
Он направился в ванную, откуда донесся плеск воды. Умывшись он вынул из футляра бритву и принялся за бритье - тщательно и педантично. Если за ним пришли - надлежит быть в достойном виде.
Он не ощущал ничего - словно ледяной водой заполнили все его существо. Холод.
Холода будет еще немало - напомнил Корф себе, смывая пену, и подняв голову поглядел на свое отражение в зеркале. Двадцать шесть лет. Молод, состоятелен, хорош собой, женат на любимой женщине, и стал отцом детям которых полюбил как родных. Но вот по воле всесильного Государя в его дом пришли жандармы.... Странно все же складывается жизнь. Интересно что чувствовали члены Северного кружка, когда их вылавливали по одному после восстания и так же приходили за ними - за кем утром, за кем ночью. Что ж... остается благодарить по крайней мере за то что ему оставили возможность провести ночь с Дашей. Многим и этого не доставалось.
Однако пора, не следует заставлять господ жандармов ждать слишком долго, он и так провел в ванной почти десять минут. Из ванной он перешел прямиком в гардеробную. Вот с чем-чем а с одеждой он никогда долго не возился. Но сейчас, понимая что его скорее всего увезут - и помня что из себя представляла камера в Петропавловской - благоразумно выбрал не белую рубашку как обычно - а черную. Ту самую из черного шелка, с отложным английским воротником, широкими рукавами и тугими манжетами. Простые черные брюки, которые плотно сидели на бедрах и поясе, зная что ремень у него отберут, так что не стоит его и надевать. Черный же сюртук строгого полувоенного покроя с глухим стоячим воротником, и через пять минут уже вышел из гардеробной, одергивая манжеты на ходу.
- Пора.

Отредактировано Владимир Корф (10-06-2015 17:46:56)

+2

38

-ммм я невероятно возгоржусь собой...что же Вы станете делать?-прошептала она и перевернулась на спину,обвивая руками его шею.Поцелуй кружил голову,унося куда-то далеко-далеко.В который уже раз исчезли все мысли,все страхи,испуганные всплеском счастья и наслаждения.Руки скользили по его плечам и спине,поднимались вверх,зарываясь в волосы на затылке,и снова не существовало ничего и никого,но...
От раздавшегося стука в дверь ее передернуло,руки непроизвольно напряглись,обнимая его крепче,а взгляд распахнувшихся глаз застыл на его лице.
... там к вам пришли. Жандармы
Нет!!!
- Сейчас спущусь.Пусть подождут
НЕТ!!!Пусть убираются!
- Слушаюсь
Нет...
Ее пробило дрожью от его взгляда,заколотило от прощания так ясно промелькнувшего в серых глазах.Поцелуй отчаянный,последний здесь,ставящий точку на прежней жизни,замыкающий последнюю ночь.
Даша зажала рот ладошкой,едва он скрылся в ванной,и свернулась в клубок,зажмурившись и отчаянно сдерживая рвущийся крик.Они пришли...ОН их прислал...Его увезут...Все кончено...Все кончено?!Нет!
Соскочив с кровати,Даша пронеслась в гардеробную и отчаянно дрожащими руками с трудом одела домашнее платье.Вернувшись в спальню,она мало-мальски постаралась успокоиться.Нельзя,нельзя показывать им все то,что творится внутри,нельзя,что бы он это видел!Господи,почему  так скоро...Господи,пожалуйста...Слова молитв не шли,срываясь в отчаянный,безмолвный крик,отражавшийся только в расширившихся серо-голубых глазах.
Шаги из ванной в гардеробную....Быстрые взмахи рук,вытирающих непослушные слезы,распахнутое настежь окно,что бы хотя бы мороз сковал проклятые капли и дрожь от холода перекрыла дрожь бившую с прихода Данилки.
- Пора.
Нет!!!Как же так...уже?!  Я не готова!Я не могу!Не отпущу!Ты не можешь,нет!Они не могут,они не станут!
-идем-тихий шепот ,и маленькая ладошка скользнула в его ладонь,сжав дрожащими белыми пальцами.

+2

39

Холодные тиски сжали сердце - не от осознания того что за ним пришли, а от ее вида. От ее мокро блестевших глаз, от ее ледяных рук, от ее отчаянных попыток казаться храброй. Вновь... как тогда, в саду... но теперь - во много раз сильнее - он видел ее панику, ее страх, ее отчаянное, безнадежное стремление удержать улетающие секунды. Видел - как тогда!
Но теперь уже не мог ей помочь.
- Отважная моя девочка....- тихо прошептал он беря ее за руку, и сжав ее ледяные пальцы одной рукой - второй приобнял за талию. Ему казалось что она сейчас разобьется на тысячу ледяных осколков и исчезнет - и хоть касанием руки, полуобъятием, поддержкой передать ей хоть часть своих сил, своего тепла....
Так и спускались они по лестнице. В доме было тихо - в этот ранний час дети обычно еще спали. Наверняка спали и гости... слава Богу... Господи спасибо тебе... Хотя.... Хорошо было бы чтобы хоть Волконский или Елагин бодрствовали. Ему было страшно представить что станет с Дашей после его отъезда если она останется одна. На площадке второго этажа им встретилась Агафья которая с растерянным видом посторонилась чтобы пропустить их
- Разбуди Степана Афанасьевича - вполголоса бросил ей Корф. - Скажи пусть спустится вниз, как можно скорее, хоть в халате - все равно. Женщина лишь перевела взгляд с него на Дашу и обратно, кивнула и заторопилась по коридору, и одолев только пару ступенек они слышали как она забарабанила в дверь.
А ступеньки вели ниже и ниже. Они спускались в молчании, Владимир лишь крепче сжимал ладонь торопясь, скорей, скорей, успеть отогреть ее пальчики хоть еще немного!!!
Он ждал жандармов. Но увиденное в холле заставило его ошеломленно остановиться у низа лестницы. Жандармов там было более чем достаточно, словно собирались арестовать не одного человека а с полдюжины. Но он обратил внимание лишь на одного. Невысокого седого человека с высоким лбом, пышными усами, безукоризненной выправкой, в сером мундире и при орденах...
Бенкендорф!!!
Корф невольно содрогнулся
Шеф жандармов, глава Третьего отделения собственной персоной!
Это означало многое. И прежде всего - что Император настроен беспощадно. Корф медленно перевел дыхание, сжал руку жены и вскинув голову шагнул навстречу своему страшному гостю
- Мое почтение, Александр Христофорович. Право, мне оказана немыслимая честь.

Отредактировано Владимир Корф (10-06-2015 18:47:22)

+2

40

Одна ступенька,вторая,третья,четвертая...стой...секунда и снова вниз.Второй этаж,какая-то женщина с испуганными глазами.Она здесь зачем?А какая разница...ледяные пальцы крепче сжали его руку.Степан Афанасьевич?Зачем?Пустое,пустое...Господи,сколько же бессмысленности вокруг!А самое главное то вот,здесь,рядом с ней.Говори с ней!Говори с этой женщиной!Только не вниз,нет,не вниз!Стой!
Оказывается вопящее сознание не отдает приказов ни ему ни себе,и она послушно спускается рядом с ним,а удары сердца отсчитывают каждую ступеньку.Казалось те,с которых они сходили,исчезали,исчезали стены,рушился дом.Вот бы он и вправду рухнул!И прекратилось все разом...Нет!Пусть лестница не кончается!
Куда там...вот и холл...Господи,сколько жандармов...Стой,стой!Он и правда остановился!Вот так,стой!Не ходи,не надо! Корфы не имею привычки сбегать! Взгляд серо-голубых глаз пробежался по лицам,подбородок невольно взлетел вверх,а рука сильнее сжала пальцы мужа.Она шагнула следом за ним,не выпуская его руки из своих пальцев и не сводя глаз с мужчины в сером мундире.

+1

41

Неприятная обязанность - но что поделаешь? Если бы всю его жизнь он делал только приятные вещи, ему никогда бы не достичь того, чего он достиг. Совесть Бенкендорфа, по крайней мере, всегда была чиста - он честно служил своему государю, и если даже Корф не виновен в государственной измене - то он виновен в том, что довел императора до бешенства - а чем именно, уже для Бенкендорфа было неважно.
Он мерил шагами холл, прислушиваясь к звукам наверху. Когда его ухо уловило шум шагов, граф замер напротив лестницы, глядя на то, как медленно спускается барон. За руку с супругой. Трогательно, конечно, но... Александр Христофорович едва заметно вздохнул.
Похоже, Корф не был удивлен, увидев в своем доме толпу жандармов. Загадочное дело, странное, непонятное. Держался барон с достоинством, нельзя было не отдать ему должное. Однако, восторгаться выдержкой барона было некогда, пора выполнять то, за чем они тут появились.
- Барон Корф! У меня имеется предписание на Ваш арест! Потрудитесь следовать за мной, - произнес Бенкендорф резко, специально не глядя на бледную жену Корфа. Сейчас начнутся слезы, хватание за руки, крики: он не виноват, и прочее... Скорей бы уже в карету сесть, что ли...

+1

42

Елагин едва в окно не выпал,когда в дверь так нагло  забарабанили.Что такое?!Война?!Пожар?!Обед не по расписанию?!Соскочив с подоконника и  заправляя рубаху в штаны,Елагин распахнул дверь.
-барин,Владимир Иваныч вниз велел спускаться!Там это...жандармы...-остекленевшие глаза здоровенной Агафьи говорили куда лучше,чем ее бессвязный лепет.
Жандармы?!Недолго ждать пришлось,явились!А Император...был ли?Или так прознал?!Ааай.
Оттолкнув с дороги женщину,князь помчался вниз,перемахивая через две ступеньки.От увиденной картины кровь в жилах застыла.Куда ж их столько то?!За всем родом Корфов пришли разом?!О,и Бенкендорф здесь!Надо же!Прям опасного преступника выискали!Даа,Ваше Величество,не слабо Вас скрутило видимо от гнева и злобы!
-мое почтение,господа-чуть поклонился он графу и Владимиру,игнорируя безмолвную свиту.Посмотрев на племянницу,он вздрогнул Держись,девочка

+1

43

Корф бросил на Елагина благодарный взгляд, но было не до взаимных приветствий. Он посмотрел на Бенкендорфа и коротко кивнув, спокойно произнес
- Я в вашем распоряжении, граф. Вы позволите мне две минуты - попрощаться с женой?

0

44

Шефы жандармов тоже люди. К тому же, сам Александр Христофорович был женат, и прекрасно понимал чувства барона. Только бы как-нибудь без истерики обошлось...
- Прощайтесь, барон, - кивнул он и оглянулся на сопровождавших его жандармов. Конечно, прощаться им лучше было бы наедине - но ведь не положено. Так что, придется им говорить слова прощания перед такими вот не самыми приятными зрителями.
Что поделать, служба... она такая.

+1

45

-отец!-Мишель даже сообразить не успел,как заветное слово само собой сорвалось с губ и прокатилось по погруженному в тишину холлу.Почему здесь столько людей в форме?Он видел еще в окно,как они подъехали,как входили в дом.Неужели они узнали о том,что случилось с помещиком и почему?!Узнали кто это сделал?!А теперь его арестуют?!Увезут?!Но...как же так!Мальчик долгую минуту смотрел с верха лестницы на родителей,на князя,и ,сбежав вниз,оказался рядом с ними,начисто игнорируя присутствия людей в форуме-Вы...Вас...Вы уезжаете?

+1

46

Владимир кивнул, и повернулся было к Даше чтобы обнять ее когда..
- Отец!
Он вздрогнул всем телом, и вскинул глаза. Миша сбегал с лестницы, бледный, взволнованный и...
Господи.... Мальчик впервые назвал его так. Позже всех остальных детей. Он собственно думал что этого вообще не произойдет, или произойдет через несколько лет - все же Мишелю было уже десять, и он был гораздо старше своих лет. А тут
Сердце тяжело стукнуло об грудную стенку и подкатило к горлу, запирая дыхание.
Я все-таки услышал это от него. Даже если это мои последние минуты под этой крышей... Все-таки услышал...
Он бросил короткий взгляд на жену и опустившись на колено обнял мальчика
- Да, Мишель. Уезжаю. - он говорил тихо, так что даже Даша стоявшая совсем рядом едва слышала его. - Ты теперь за старшего. Будешь присматривать за братьями и сестрой?

0

47

-я...да...но..да-мальчик перевел дыхание.Обычное спокойствие куда-то испарилось,все было не понятно,он не понимал происходящего,не понимал,почему вдруг все так повернулось,почему он должен уехать?!Неловко,непривычно подрагивающие руки обняли его в ответ,а голос стал тихим-тихим-папа,почему?Это из-за помещика?!

0

48

- Что? - Владимир не сразу понял о каком помещике речь, и вспомнив наконец покачал головой - Нет, Мишель. Не из-за него. - Он секунду помолчал, опустив голову и держа руки на плечах мальчика. Ну как ему объяснить причину ареста? На секунду при мысли о том что его объявят преступником -как в свое время Ливена и дети, дети(!) будут это слышать - у него потемнело в глазах. А Сашенька... каково ей будет узнать что ее настоящий отец - бросил в каземат того кого она захотела назвать отцом сама? Господи, пожалуйста.... Только вот чего он просил бы у Всевышнего? Чтобы дети ничего не узнали? Невозможно. Чтобы все обошлось и он вернулся домой раньше чем они узнают? Как Даша в свое время? Хорошо бы, но не слишком ли будет - просить у Бога второго чуда? Так и не родившись молитва замерла на губах, и он подняв голову посмотрел в глаза мальчишки.
Мой старший сын. Хоть и приемный, хоть возможно никогда и не будет кровного, но это ведь неважно. Мой старший сын....
Его пальцы сжались чуть крепче на плечах Мишки
- Послушай, Миш...Я не могу рассказать тебе всего сейчас. Когда-нибудь ты все узнаешь а до тех пор... Даю тебе слово, я не совершил никакого преступления, в чем бы меня сейчас не обвинили. Просто помни это, хорошо?

0

49

Не из-за него...Но тогда почему?!В чем обвинят?!Это не правильно,не честно!Он им нужен!....Он ему нужен...
-хорошо-так же тихо прошептала мальчик.Внутри него все бастовало и вопило против такой несправедливости.Но может все обойдется?Ведь он сказал,что не совершал!Они поедут,разберутся и...и он вернется!Все ведь просто!Только почему тогда столько людей в форме,почему мама такая подавленная,почему он сам не говорит,что все хорошо и что завтра-послезавтра он будет дома?!Выходит все не так просто-я буду тебя ждать.Мы будем

0

50

- Не говори пока ничего братьям и сестре, Мишель - тихо проговорил Корф, снова обнимая мальчика. И тут... от этого "мы будем ждать тебя" от сдавленного мальчишеского голоса, от его отчаянных глаз - скрутило что-то внутри, сжало, едва не обрывая дыхание. Снова мелькнула мысль - а вдруг не вернусь больше? Мысль которая там, наверху, наедине с женой воспринималась со стоическим спокойствием - при виде этого ребенка захлестнула волной - ведь им, этим несчастным детям, только -только обретшим дом и семью после своего искалеченного детства, он обещал защиту, опеку, любовь а теперь... теперь выходит возможно не сумеет сдержать своего слова. И Мишель - в свои десять лет останется старшим в роду. И хорошо еще если его фокус с двумя завещаниями поможет уберечь имущество от конфискации, иначе все было бы совсем плохо. Старшим... носителем родового имени.
И внезапно по какому-то наитию Владимир чуть отстранил от себя ребенка, чтобы видеть его лицо, начертил большим пальцем крест на его лбу, прикоснулся губами к кромке волос и прошептал что-то так тихо, что наверное даже Мишель не мог бы его расслышать. А может быть слышал....
И тут же Корф вновь сжав плечо мальчишки стремительно поднялся с колена, понимая что еще немного и от его сдержанности не останется даже клочьев. Протянув руку к жене он молча привлек ее к себе, и с силой прижал к груди, не говоря ни слова.

+1


Вы здесь » "Дворянские легенды" » ДЕЛА ДАВНО МИНУВШИХ ДНЕЙ » The truth at the end of time.Losing faith makes a crime


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC