"Дворянские легенды"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » "Дворянские легенды" » ДВУГОРСКИЙ УЕЗД » Кружится в вальсе нитка, сплетая дивный узор...


Кружится в вальсе нитка, сплетая дивный узор...

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

Время года: ...
Дата:...
Время действия:....
Место действия: усадьба Муромских (соседи Долгоруких)
Участники: ...
Краткое описание  действия (не менее трёх строк):

0

2

Её в семье все звали на английский манер - Мэри. Сама же княжна Муромская терпеть не могла ни своё имя, тем более на иностранный манер, ни обращение к ней.
-Mary, please, don't slouch
-Mary, remember how old you are! Is it possible?! This is not acceptable!
- только и слышала она с детских лет от своей гувернантки, которая чуть ли не с пеленок учила её уму-разуму по-английски, что главное предназначение каждой благовоспитанной барышни - удачно выйти замуж. Из года в год, подрастая, Мэри слышала это миллион раз. И как только мадам Фрэнсис начинала свои поучительные речи, Мария кивала головой и, словно молитву, повторяла за ней слово в слово.
Мадам Фрэнсис была настоящей англичанкой. Отец Марии, князь Муромский, Андрей Васильевич, выписал гувернантку ещё до того как  дочь появилась на свет. Впрочем, к слову сказать, его супруга, Аделаида Ильинична, сама была рождена в Англии и жила там до своего пятнадцатилетия, когда в их замок Доннингтон приехал давний друг её отца со своим старшим сыном Андрюшей...
Тоска по Туманному Альбиону с болью отдавалось в сердце Аделаиды. Она страдала, что вызвало расстройство психики. Отдав ребенка на воспитание опытной гувернантки, княгиня всё своё время посвятила на обустройство  имения на английский лад. Газон, сад - всё должно иметь строгую форму. Дочь по сути для неё перестала существовать и не имела совершенно никакого значения, настоящим детищем для неё стал дом, который во что бы-то ни стало нужно было превратить в "маленькую Англию". Андрей Васильевич заподозрил в этом стремлении некую болезнь, что по началу приглашал докторов из столицы. Те приезжали, качали головой, находили, что княгиня действительно нездорова. Причин было немало - и переезд в другую страну, замужество, рождение ребенка, которое как известно меняет психику женщины. Но потом решил - "чем бы дитя не тешилось"
и махнул рукой на сумасбродства и чудачества своей супруги.
А Мэри...Мэри по мимо домашнего образования, занималась чтением книг. Книги были её отдушиной. Каждый раз беря в руки новый роман, она с головой уходила в неведомые дали, а засыпая грезила, что и с ней когда-нибудь произойдёт что-то волшебное. Однако, шло время. Из нескладного ребёнка, княжна превратилась в очаровательную девушку. Все соседи судачили и прочили ей счастливое будущее. Но возможно ли было оно, если девица находилась под родительской опекой в деревне, а рядом за несколько километров не находилось ни одного молодого человека? Впрочем, нужно отметить, что трое молодых людей всё же  было, но один из них  вовсе не появлялся, а второй и третий  уже были практически помолвлены.
Муромские настолько были заняты своими делами, что пропустили первый бал своей  Мэри, затем ещё один, и еще один... Аделаида Ильинична была погружена только  в мысли о перестройке имения, Андрей Васильевич, потакая супруге, зарывшись в бумаги, что-то чертил, исправлял, ездил в Петербург, нанимал архитекторов, спорил, снова ездил в Петербург. Словом, все были заняты несуществующей и выдуманной проблемой, что совершенно позабыли о дочери, о том, что барышню её возраста обычно вывозят в свет. Так прошёл первый год, второй, третий....И случилось так, что вывозить на первый бал  было уже поздно, к тому времени княжне Мэри исполнилось двадцать три года, а просто так  - стыдно. Обливаясь слезами, что у её дочери выдалась совершенно несчастная судьба, ругая кого угодно, только не себя, княгиня Муромская полностью с головой ушла  в обустройство имения. Однако, когда случались просветления, она  не забывая напоминать дочери, что она уже старая дева, что нужно срочно искать жениха; покачивая головой, добавляя "ну что поделать", заключал князь. Ахала мадам Фрэнсис, которая тоже ни прилагала никаких усилий, чтобы как-то помочь бедной барышне, поджав своих тонкие губы  только и говорила:
-Ах, княжна, Вы сами виноваты во всём. Как неудачно Вы родились.
-Ах, княжна, как не вовремя Вы родились...вот если бы попозже, у Вас был бы шанс.

Больно, горько и обидно. Мэри старалась как можно меньше напоминать о своём существовании. Её друзьями были деревья в лесу, цветы в полях, громкий ручей в березовой роще. Иногда она навещала соседок - Лизу и Сонечку Долгоруких. Только игр особо не выходило ибо Соня была слишком мала, а Лиза только и говорила без умолку о своём нареченном Владимире Корфе. Это спустя время Мэри узнала, что их сосед Владимир Корф сначала стрелялся, потом женился, потом был признан погибшим, а потом воскресшим, что князь Рокотов женился на фрейлине Императрицы и перебрался жить в имение, а князь Андрей Долгорукий женился на крепостной девушке, жившей в их доме, Татьяне.
Собственно говоря, княжну мало волновало что происходит у соседей. В их доме не случались гости, не было ни званных обедов, ни вечеров. Со временем Аделаида Ильинична превратилась в крикливую и раздраженную женщину, а Андрей Васильевич всё больше молчал, много курил, закрывшись в своём кабинете.
-Запомни, Мэри, замуж по-любви это только в романах пишут. Это не про тебя. Ты не юна. Ты - старая дева. - изо дня в день твердила мать, найдя новое для себя развлечение. Наконец-то к сорока четырём годам, княгиня смогла прекратить своё имение в "кусочек Англии". Её сердце наконец-то успокоилось. Она - дома. Однако, теперь заниматься нечем и княгиня принялась за воспитание, уже взрослой, дочери:
-Ты не красавица. Не нужно мечтать о принце, нужно трезво оценивать свои возможности.
-Повезло же этой княжне Репниной. Не из наших места, а вышла замуж за Рокотова. Это надо же какого мужа получила! А ты сидишь всё здесь и будешь сидеть до самой старости.

-И в кого ты только уродилась?! Я - красавица, отец твой - не дурён собой, а ты...ох ох ох, Мэри, Мэри...несчастная судьба тебе уготована, несчастная.
Совершенно непонятно откуда, но у Аделаиды Ильиничны взялись знакомые, которые вдруг стали приезжать в имение Муромских. Это были отставные офицеры пожилого возраста, большей массой - вдовцы. Двое из которых еле передвигались и проговаривали своим беззубым ртом:
-Моё почтение.
Разумеется, княжну Мэри воротило от этого унижения, но и одновременно смешило - кто же будет на сей раз и над кем можно будет потом посмеяться.
-Запомни дочь: молодого жениха тебе уже не найти. Твоё время прошло. Ты не молода. Так, что выбрось свои иллюзии и мечты - жёстко говорила княгиня, собираясь, на очередной ужин, совершенно забыв, что в какой-то степени она сама приложила руку к такой судьбе своей дочери - Соглашайся на  то, что есть. Иначе... Ты совершенно не думаешь о нас с отцом! Какой позор ты навлекла на нашу семью.  В твоём возрасте быть незамужней!  Если бы мы сейчас жили в столице, о Боже, страшно представить, что бы говорило о нас общество, впрочем, наверняка, и без того болтают....Боже, боже... какой позор. Позор!! Правильно говорит мадам Фрэнсис, ты родилась не вовремя
-Маменька, но все эти приглашённые гости....они все в прадедушки годятся, через чур старые - пробовала робко вставить своё слово княжна, хотя прекрасно понимала, что в данном случае лучше промолчать. Княжна считала, что лучше она умрёт старой девой, чем будет коротать свой век с "живой мумией".
-Старые?! О Боже, за что мне всё это! Да ты должна радоваться, что хоть такие, а всё же сватаются. В Петербурге на тебя бы никто и не взглянул! Ах, дочь....повторяю тебе в который раз: ты навлекла на нашу семью печать позора, хоть бы постыдилась говорить такие вещи...Старые. Да ты благодарна должна быть!
Ах, скольких сил и обладания стоило Мэри выслушивать все укоры, обвинения, унижения. Подчас княжна засыпала только на рассвете, заливая слезами подушку, мысленно не понимая что она сделала не так, что вдруг судьба обошлась с ней столь сурово.
Когда гувернантка твердила ей, буквально вбивая в голову, что она не красавица, когда маменька вторила тоже самое, Мэри тоже стала думать так.
Эти маленькие близорукие глаза, расположены где-то высоко, светлые, едва видимые брови и ресницы, от чего её лицо выглядело безликим, тусклым и болезненным. Огромный чуть горбатый нос, видимо доставшийся от бабки англичанки, чуть впалые щёки и тонкие, словно ниточка, губы. Заметная худоба также придавала вид некой болезненности. И рассматривая своё отражение в зеркале, княжна соглашалась с мнением окружающих. Впрочем, и приглашённые женихи, знакомясь, более не появлялись. Все надежды Аделаиды Ильиничны оказались тщетными.
-И за что природа наградила тебя такой внешностью? Все приглашенные и те разбежались...Ах, Мэри, Мэри Вот была бы ты.... - и княгиня начинала мечтать. Её мечты забредали так высоко, что она мнила себя чуть ли не в окружении императорской семьи. Вот она блистая выходит в сопровождении супруга, такого статного, высокого, гордого, и красавицей-дочерью - статной, черноглазой, очаровательной улыбкой, пухлыми губами... Но, спустившись с небес на землю, начинала трястись, причитая "за что же мне такое несчастье, как же мне теперь смотреть в глаза обществу", удалялась к себе в спальню.
Мадам Фрэнсис, уже достаточно пожилая и, совершенно, став членом семьи, своим дребезжащим голосом добавляла вдруг то, о чём никогда не говорила
-Девочка моя, не нужно витать в облаках. В Петербург тебе надо, в Петербург, авось.... -она не заканчивала фразы, бросая их на пол пути. Мэри же, внутренне сжимаясь в комочек, едва сдерживая слёзы, решала про себя сложную задачу - слушать упрёки, но потом возможно все свыкнуться и перестанут её изводить или уйти, наняться гувернанткой  и посвятить свою жизнь воспитанию чужих детей, как сделала героиня в одном из прочитанных романов.
А старая гувернантка только к старости поняла, какую ужаснейшую ошибку совершила она. Её девочка стала совершенно несчастной, без всяких перспектив к дальнейшей жизни. И это результат общих трудов.

0

3

На дворе стояла погожая осень. Ярко светило солнце, золотые листья стелились ковром. Но утренняя прохлада и дымка говорили, что на дворе октябрь. Княгиня Муромская, оставив-таки свою дочь в покое, занялась написанием мемуаров, своих воспоминаний о туманном Альбионе. Она вела переписку с архивами, выписала огромное количество книг по истории Англии и с головой ушла в работу. Добродушный супруг как обычно посмеивался над чудачеством,  беспокоился за свою любимую Мэри, но он мало что мог поделать - вмешиваться было не в его правилах и давал советы своей единственной дочери: ''никого не слушай, девочка моя, только твоё сердце подскажет верный путь''.
Сама же Мэри постепенно свыклась со своим положением приживалки. Постепенно её личико бледнело, догорал румянец, а глаза превращались в потухшие угольки. Чтобы быть хоть как-то полезной, девушка стала вникать в дела управления имением. Однако, её энтузиазм быстро погасила маменька:
- Вот вышла бы замуж и занималась бы управлением своим собственным домом, а не лезла в дела, которые тебя никоим образом не касаются. Чтобы я не слышала более об этом.
Но старый управляющий всё равно обращался к молодой княжне. Признаться он всегда не долюбливал княгиню. Её заносчивый и высокомерный характер вызывал в нём некоторое непонимание и раздражение. А по сему он несказанно обрадовался заинтересованностью Мэри и докладывал ей даже по любой мелочи, с молчаливого согласия хозяина.

0

4

Нежданно-негаданно в эту ясную осеннюю пору у Муромских поселилась княжна Калеванова София Андреевна. Она была дочерью троюродного брата князя Муромского.  Андрей Вонифатьевич слыл человеком весьма расточительным, к тому же был большим любителем азартных игр. Он редко общался с родственниками, а точнее не общался и вовсе. Князь Муромский был единственным человеком, с кем Калеванов худо-бедно поддерживал связь, человеком, которого он уважал.
На внезапное ухудшение здоровья князь Андрей Вонифатьевич не обращал ровным счётом никакого должного внимания - внезапные слабость, головные боли, тошнота. Иногда случалось и помутнение сознания. Дошло до того, что однажды князь попросту не смог встать с постели. Вызванный доктор покачал головой, в замешательстве заявил свой вердикт: ''странные симптомы. Мда-с...весьма странные. Температура отсутствует, да и потоотделения-с тоже нет...Странно. Мне, увы, не известно, что это может быть .... Могу посоветовать Вам, София Андреевна, только одно - молитесь''.
Несколько дней князь лежал в забытьи, приходя в сознание на пару часов. Когда часы пробили полдень, князь последний раз вздохнул, так и не очнувшись. София не находила себе места. Она осталась одна в огромном особняке близ Аничкова моста. На девятый день пришло письмо от... отца! 
''Дорогая моя, Софи. Любимая моя доченька. Это письмо ты получишь, когда меня уже не будет на этом свете... '' София едва не лишилась сознания, когда читала строки, написанные таким родным почерком, когда узнала нечто такое, от чего на время она потеряла покой. Оказалось, находясь в постоянном нервном напряжении, князь сам себя уморил. Предвидя исход событий, до того как он слёг, князь и написал это письмо. Несколько месяцев назад Андрей Вонифатьевич крупно проигрался. Его страсть к азартным играм привела к тому, что в доме не осталось ни копейки. Он метался по знакомым и друзьям, в надежде выручить хоть какую-то сумму. В результате, пришлось продать... дом.
-Мне не куда идти, родственников  нет - без каких-либо эмоций ответила Софи Аристову Петру Христофоровичу.  Именно этот молодой человек стал новым хозяином особняка. Голубоглазый, белокурый молодой человек. Его светлая тонкая кожа светилась, его нежные холёные руки пахли духами.
-Так уж и нет? Прискорбно-с, весьма прискорбно. Но я Вам советую всё же серьёзнее отнестись к этому. Я не демон, я даю Вам время. Разумеется, в течении которого Вы должны разыскать хоть кого-то из родни или знакомых и ...съехать. Не на улицу же Вам идти, в самом деле. Двух недель, полагаю, хватит.
Выхода не было. Как ни ловко было обращаться к незнакомым людям, а пришлось. В своём письме Андрей Вонифатьевич сообщил, что князь Муромский, его дальний родственник. сможет позаботиться о ней в будущем. Его имение ''находится в Двугорском уезде, да, это не высший свет, это деревня, но всё лучше чем идти на улицу в богадельню или чего хуже ...в содержанки''.  Ответ от Муромских пришёл как нельзя быстро - с двумя слугами и коротенькой запиской: ''Примите соболезнования. Ждём Вас как можно скорее ''
Софи в миг очаровала княгиню, как только её нога ступила в гостиную Муромских. Невысокого роста Густые тёмные волосы, скоромно заколотые шпильками на затылке, большие карие глаза, по-детски распахнутые, печальные, по известной причине, слегка испуганные, припухлые губки, вздёрнутый маленький аккуратный носик. Она по праву могла считаться настоящей красавицей. Даже тёмные круги под глазами и бледность, от бессонных ночей и переживаний,  ничуть не портили красивого личика.
- Ах, какая красавица! Софи - Вы очаровательны! - пела княгиня. Появление сироты-родственницы стало для скучающей Муромской как глоток свежего воздуха. - Вы прелестны! И я уверена, что Вы у нас долго не задержитесь - и продолжала ворковать, отвечая на изумлённый взгляд Софии - с такой красотой просто грех оставаться одной. Вы меня понимаете? Но будьте покойны, я устрою Вашу судьбу.
Разумеется Мэри казалась на фоне яркой красавицы  Софии серой мышкой. Слова маменьки до глубины души оскорбили молодую княжну Муромскую. Неужели судьба какой-то дальней родственницы её волнует больше, чем собственной дочери?!
-Ах, дорогая моя, в Вашу честь мы устроим праздник. Теперь уже можно. Траур кончился, а Вам нужно жить дальше. Ах, как здорово я придумала. Мммм ....мы пригласим весь уезд
- Аделаида Ильинична, а кавалеры будут? - слегка краснея спросила Софи.
- О, моя дорогая, похвально, что ты заботишься об этом. Разумеется, я вышлю приглашения очень перспективным юношам. С такой красотой тебе не составит труда очаровать кого-то из них...только выбирай и крути в руках. Ах, как же жалко, что князь Рокотов уже женат. Вы бы были замечательной парой. Моя дурёха Мэри просидела, прохлопала всё и осталась с носом. Впрочем, ей до тебя далеко, у неё и шансов никогда не было, потому что мужчины любят глазами.
- Мэри нельзя назвать некрасивой. Она очень мила.
-Софи, дорогая моя, ты ангел. Ты видишь даже в плохом - хорошее. Но будем честны. Со мной ты можешь быть откровенна. Моя дочь, как это ни прискорбно признавать, совершеннейшая дурнушка. Уже и не знаю, за что меня покарали небеса, подарив такую дочь. Открою тебе маленький секрет - я потому и не вывозила её на была в своё время, делая вид, что занята имением, чтобы ни её ни меня не постигло разочарование.
-Вы правда считаете, что Мэри не смогла бы никого заинтересовать?
-Разумеется. Ну Софи, Вы же выросли в Петербурге, бывали на балах...
- Ну всё непредсказуемо. Знаете, нельзя знать всё наверняка.
-Глупости! Эта дурочка вернулась бы сюда вся в слезах, совершенно разочаровавшаяся. А каково мне?! Позор! Представляешь, какие слухи бы стали ходить обо мне?!  Впрочем, здесь тоже были достойные женихи. Да, они в возрасте, да и что с того. Разве с её внешностью можно рассчитывать на молодого красавца? Ну надо смотреть правде в лицо. А она...Ох, Софи, воротила нос... Вот пусть теперь... Ах, как я рада, что теперь у меня есть ты. Ты словно вторая дочь.
-Вы слишком жестоки по отношению к Марии Андреевне, хотя мне весьма лестно слышать от Вас такие слова обо мне.
-Ни чуть. Родилась бы она красавицей и проблем бы не было. Так кто ж теперь виноват... 
-  пожала плечами Аделаида Ильинична.
Княгиня Муромская сидела в своей комнате в мягком кресле. Она держала чашку и периодически отпивала из него чай. Рядом сидела, заметно похорошевшая за несколько дней и уже отошедшая от горя, София. И ни одной из них и в голову не могло прийти, что за закрытыми  дверьми стояла Мэри, глотая слёзы, прижав руки к груди, сжав ладошки в кулачки.

0


Вы здесь » "Дворянские легенды" » ДВУГОРСКИЙ УЕЗД » Кружится в вальсе нитка, сплетая дивный узор...


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC